— Ну-ка, ну-ка…, — Громосека заглянул через женькино плечо, — во! И, мои есть!
Не так уж и много то, талантов!
— …Ну, а это — «лирики»! «Гуманитарии», то бишь… Склонные, более к гуманитарным наукам.
— Ну и, куда их?
— Да, найдём куда!
Обнадёжил ведущий психоаналитик корпорации «USSR» и, перелистнул тетрадку в самый её конец:
— Ты, лучше про этих подумай! Вот с этими у тебя будут определённые проблемы, когда они ещё немного подрастут…
Я посмотрел список. Да, с большинством из них я уже успел познакомиться!
— Во всяком случае, они тебе канал копать не будут… И, сеять-пахать тоже. Эти детишки из тех психологических типажей, из которых — по обстановке или стечению обстоятельств, вырастают не мирные труженики, а или великие герои или великие преступники.
— «Прирождённые убийцы»?
Мозгаклюй задумался…
— Ну, не обязательно… И, не все. Но… Тебе придётся задуматься заранее, что с ними делать.
— Задумаюсь…
— Среди остальных детишек, тоже интересные субъекты имеются… Ты не поленись, почитай! Пригодится.
— Почитаю, почитаю…
Проговорили до полуночи, разобрав по косточкам всех и вся… Больше всех соответствовала занимаемой должности Евдокия Фроловна — супруга Степана Лузера, да Фрося — заведующая столовой.
Ну, что сказать? Скажу то, что как-то раз сказал в аналогичном случае товарищ Сталин: «Нет у меня для Вас других писателей!» Вернее, ещё скажет…
Наутро… А, как раз суббота была — нерабочий день, не успел я выйти из Замка, как на меня обрушился поток жалоб! Уже от рядовых членов «Корпорации»… Аж, очередь недовольных судьбой выстроилась, как в Мавзолей! «Вот приедет барин, барин нас рассудит…», — вспомнилось, откуда-то.
Как только над людьми развеялась угроза голодной смерти, так тотчас начали возникать какие-то разборки, амбиции, конфликты интересов и прочая человеческая психологическая дребедень… Случилось несколько десятков драк — как между собой, так и с «залётными» строителями из Нижнего и приреченцами… Стучали, как друг на друга, так и, в основном — на Степана Лузера! За неправильное, по мнению жалобщиков, реагирование на их жалобы…
Бедный Степан, только успевал отговариваться! Да… Нелегко ему! Надо срочно кого-то искать подобные разборки разбирать… Ну, типа участкового по-нашему, сотского по-старинному или шерифа по-американски… Иначе труба!
Как смог и, что смог разрулил и, принялся изучать состояние дел в Солнечногорске и Солнечной Пустоши. Состояние дел радовало: на ПМЖ в Солнечногорск переехало ещё более двадцати семей, в том числе и, из других губерний — Костромской и Вятской… Даже, две семьи татар, откуда-то из под Казани к нам перебрались!
Канал копался, уже около трёхсот метров было полностью готово…
Здания полным ходом ремонтировались: в марте Храм — в целом, будет уже готов к службе. Можно будет всех строителей на ремонт Замка перекинуть…
Вот, только жилплощади перестало хватать — населения прибывает и, все свободные дома кончились… Весной, по любому, надо строить избы. Какие избы? Такие же халупы — что и, были? Надо подумать… А, не пора ли, в самом деле, привлечь Бугра?
Дети учились — на мой свежий взгляд, очень успешно… Придуманная Боней денежная мотивация приносила свои плоды, сам лично проверял: больше половины довольно бойко читали и, хоть и коряво, писали. С математикой, вообще, превосходно! Правда, возникли и некоторые проблемы: получалось, что из-за Бониной мотивации, учащиеся в школе дети являлись для их семей — в особенности для их отцов, единственными добытчиками «живых» — наличных денег… А, значит и, возможности отовариться в ферапонтовской лавке. В частности, «сверхположнякой» водкой по пятницам и субботам. «Положнякового» то, стакана кое-кому, а точнее — каждому первому, явно не хватало! А кое-кто — не много народа, правда, вообще был его лишён за «косяки». Вот и, отцы с помощью ремня ещё больше повышали «мотивацию» у своих чад. Да так, что некоторые ученики из школы домой уходить отказывались, а в Замке стараниями попаданцев, установились своеобразные правила и, главное правило гласило: «со школы выдачи нет»!
А, вообще-то пора членам «Корпорации USSR» зарплату деньгами выдавать… Вот и, Боня с Мозгаклюем наперебой мне:
— Такие установленные тобой в самом начале мотивации, как «доппаёк», «положняковый стакан», еженедельные и ежемесячные премии в виде одежды или того же «доппайка» с бутылкой… Короче, всё стимулы, связанные с угрозой голодной смерти — стремительно перестают действовать! Хотя, надо признаться, были очень эффективными первое время. Сейчас же, эти мотивации почти исчерпаны. Производительность труда падает на глазах! Надо переходить на денежное вознаграждение за труд. К лету, не позже…
Надо подумать, как это более эффективно сделать. Как бы найти сведущего в этом человека?
— Как из Питера приеду — летом, решу этот вопрос.
