Гулкие шаги раздавались в длинном коридоре — Королева вели на допрос. Шли они не долго — метров сто от комнаты отдыха. Остановились перед дверью, на которой было написано «Смотровая», и ниже: «Вход по предварительной записи». Королев никак не мог вспомнить этой надписи, а, ведь, он каждый день проходил мимо этого кабинета. Его втолкнули внутрь. Довольно маленькое помещение с парой столов и тремя стульями было хорошо освещено. На одном столе стоял огромный ноутбук — таких Петрович даже в рекламе не видел. За другим сидел человек с неприятным морщинистым лицом и в такой же, как у охранников, черной форме.
— Ну-с, господин Королев, добрый вечер, — тихо сказал он. — Для вас я буду господин Штукк. Не стесняйтесь, присаживайтесь, — при этом он указал на стул, стоявший тут же, около Петровича.
Королев сел. Еще несколько минут назад единственным его желанием было лечь на свою кровать и заснуть младенческим сном. Теперь же у него появилось совершенно другое желание — поскорее отсюда убраться, оставив господина Штукка со своими прихвостнями.
— Чего вам от меня надо? — усталым голосом спросил он, бросив взгляд на столешницу, покрытую стеклом. Блик от настольной лампы больно ударил по глазам. Королев отвернулся и стал смотреть в пол — серый, с разводами, линолеум привлекал его внимание больше, чем глубокие морщины дознавателя.
— Ничего особенного мы от вас не потребуем, уверяю вас, — мягко сказал Штукк. — Прошу вас лишь об одном, а именно — повторить свой рассказ о том, как вы побывали на складе номер три?
Королев вздохнул:
— Я всё рассказал Наумочкину — он подтвердит.
Штукк внимательно посмотрел на Королева.
— Не волнуйтесь, он уже всё подтвердил. Теперь мне важно услышать это от вас: где и при каких обстоятельствах вы познакомились с майором Орешкиным?
Королев перевел взгляд на Штукка и, тяжко вздохнув, нудным голосом стал давать отчет:
— Он пришел в мою мастерскую вместе с Кульковым…
— Стоп, — оборвал его Штукк, — вы сами видели, как Кульков привел офицера?
— Нет, когда я туда пришел, он уже был в мастерской. Кульков представил нас друг другу и сказал, чтобы я шел вместе с майором на склад за листовым металлом — у нас очень большой заказ, на который отводилось мало времени.
— Я вас не о заказе спрашиваю: не надо лишних подробностей — отвечайте четко на поставленные вопросы. Итак, майор уже был в вашей мастерской, когда вы туда пришли, так?
— Так.
— Что конкретно сказал вам Кульков по поводу вашей поездки на склад?
Королев напряг память:
— По-моему, он сказал, что материал нам привезти не смогут, и я должен сам туда поехать в сопровождении майора…
— Постойте, — перебил его дознаватель, — он именно сказал «в сопровождении»?
Королев пожал плечами.
— Ну, вроде бы так, или, вернее, он имел в виду именно сопровождение, потому что я не знаю дороги до склада, и поэтому, рассуждая логически…
— Так, остановитесь — не надо мне тут вашей логики. Я вас еще раз спрашиваю, было ли произнесено слово «сопровождение»?
— Кажется, нет, или да, не помню, — ответил Королев, — а какая разница?
Штукк встал из-за стола и сделал пару шагов к другому столу. Постояв там несколько секунд, он вернулся и снова сел на свое место.
— До меня дошли сведения, что Кульков, в то утро, не сказал вам ни слова. Получается, что вы сами ушли с офицером, покинув рабочее место.
Королеву надоели эти разговоры и он, заметно повысив голос, спросил:
— Да в чем дело-то? Я что, украл лишний лист со склада, или майор этот чего-то спёр?
Тут Штукк усмехнулся и прогнусавил какой-то блатной мотивчик:
«А не карманник я и не налетчик –
Я просто слесарь-водопроводчик».
— Простите, что вы хотите этим сказать? — не удержался Королев, видимо желая уточнить, не к нему ли относятся эти слова.
Штукк вяло махнул рукой, что было читаемо, как «отстать, милейший». Потом, не глядя на Королева, он повертел на столе какую-то бумажку, и ответил:
— Дело в том, уважаемый Григорий Петрович, что никакого майора Орешкина на объекте нет, и никогда не было.
Королев откинулся на спинку стула, отчего тот жалобно затрещал.
— То есть, как это не было? А с кем я, по-вашему?.. Я с ним, как вот с вами сейчас, разговаривал, вернее, пытался — он молчун какой-то ненормальный…
— Ах, он еще и молчун, — перебил его Штукк и как-то горько усмехнулся. Потом он пристально посмотрел в глаза Королеву, будто проверяя, можно ли с ним говорить серьезно, и сказал, — Ну, ладно, не будем ходить вокруг, да около. Короче, на записях видеонаблюдения вы, на протяжении всего пути от мастерской до склада, были один.
— То есть! Не пойму вас!
— И не надо ничего понимать: аппаратуру не обманешь, она выдает честные данные, и данные эти таковы, что никого рядом с вами в тот день, с десяти утра до четырех вечера, не было.
Королев уставился на Штукка неверящим взглядом.
— Вы понимаете, что несете сейчас бред, а? Как я, по-вашему, прошел в метро, сел в лифт, прошел на склад, получил металл — и всё без пропуска? Может, вы еще скажете, что и Кулькова не видели?
