Землю наполнивши и небо,Солнце багровое сгорает.На горизонте, словно кручи,Огнем сверкающие тучи.Свернулись-ссохлись листья, где быОни ни выросли. Без краяВокруг иссохшие луга.Иссякла, высохла река.Я замечаю тяжесть платьяИ в самой легкой, редкой ткани.Даже в густой листве растенийСтрадаю: слишком мало тени…У занавеса близко встать яТеперь совсем не в состояньи.Одежду из сырца сейчасМою второй и третий раз.Весь мир, пылая жаром, светел.За грань вселенной вышли мысли.Стремятся, как долина в горы,Они в воздушные просторы.Издалека примчался ветер.Откуда он — и не исчислить.Река и море от волныИ беспокойны и мутны.Но эта вечная заботаОт тела только. Мне понятно,Лишь на себя я оглянулся…Еще я сердцем не проснулся —И вдруг вступаю я в «ВоротаРосы Сладчайшей, Ароматной»[18],Где в чистом мире холодкаДля сердца радость велика.<p>Сижу одиноко ночью</p>Один грущу о волосах,Что побелели на висках.В пустынной комнате вот-вотВторая стража[19] пропоет.Пошли дожди. Полно воды.Опали горные плоды.Под фонарем в траве звучатНапевы звонкие цикад…Конечно, пряди сединыМы изменить уж не вольны;И в золото другой металлНикто из нас не превращал.Хочу я знанье получить,Чтоб боль и старость излечить.Но в книгах то лишь вижу я,Что «нет у Будды бытия»[20].<p>ВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ АКАД. В. М. АЛЕКСЕЕВА</p><p>На прощанье<a l:href="#n21" type="note">[21]</a></p>Слезаю с коня, вином тебя угощаю.Вопросы к тебе: куда ты теперь идешь?Ты мне говоришь: во всем мне здесь неудача[22]уйду я лежать там, где-то в Южных горах[23].Так, брат, уходи; к тебе нет больше вопросовв то время, когда белых здесь туч без конца[24].

Введение. Бегство неудачника от мира и карьеры — одна из доминирующих тем китайской классической поэзии, навеянных даосскими мотивами поэзии и философии. Поэт, обнаруживающий в себе, после конфуцианского образования, хоть частицу дао, этим самым навсегда отклоняется от мира. В чем же искать спасения? В природе — там, где бесконечные гряды облаков навевают ту же идею бесконечности.

Автор. Один из самых знаменитых поэтов танской эпохи и китайских поэтов вообще, выдающийся художник-пейзажист, о котором его почитатель и тоже один из крупнейших поэтов Китая, Су Ши (Дун-по), сказал бессмертное: «Ван Вэй — это стих в картине и в стихе картина» (шичжун ю хуа, хуачжун ю ши), и, конечно, каллиграф высоких достижений. Его жизнь (701–761), начавшаяся блистательной придворною карьерой, сменившейся позорной службой у презираемого им бунтовщика Ань Лушаня, закончилась поэтическим одиночеством и монашеством в буддийстве, которое отразилось в его поэзии и даже в его имени (Мо-цзе). Его колоссальная продукция в большей своей части (тысяча стихотворений) погибла в смуте, но и то, что сохранилось, достойно восхищения.

Заглавие. Прощанье с другом — любимая тема китайских друзей-поэтов, и к ней придется возвращаться неоднократно. Вино на прощанье — обычай, создавший особый иероглиф (цзянь).

От составителя. Лирический шедевр Ван Вэя, впервые блестяще переведенный и прокомментированный акад. В. М. Алексеевым, не мог не привлечь внимания позднейших переводчиков: в настоящем издании нами представлены переводы А. И. Гитовича («На прощанье»), А. А. Штейнберга («Проводы»), В. В. Мазепуса («Прощание») и А. В. Матвеева («На прощание»).

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Библиотека мировой литературы. Восточная серия

Похожие книги