– Ты так говоришь, как будто мы детей одних бросили! – рассмеялась она. – Причем наших детей. Остынь, папочка, за ними присматривает Мириад Серафим. Он был рад этой сделке: он следит за ними, пока мы не вернемся, а взамен получает всю информацию, что есть у нас.
– Раньше ты не уступала свою добычу так быстро.
– Ты не слушаешь? Я уступила информацию, не добычу. На этот раз наш враг так силен, что Мириад все равно с ним не справится. Если он что и поймет, так только то, что лезть в это дело не нужно.
По крайней мере, на это Андра надеялась. Она слишком хорошо знала, что религиозные фанатики, такие, как Мириад, бывают пугающе упрямы.
Доминик огляделся по сторонам. В прошлом роскошный зал поддался разрухе и времени, теперь он больше напоминал пещеру.
– Ты уверена, что это здесь? – спросил он. – Что
Вместо ответа Андра постучала носком ботинка по каменной плите, расположенной ровно под проломом в потолке, и отошла в сторону. Доминик подошел ближе, приподнял плиту и обнаружил, что она не закреплена. Это не делало тайник очевидным: у людей все равно не хватило бы сил поднять ее, да им и в голову бы это не пришло. Скорее всего, семь лет назад здесь еще лежали доски разрушенного паркета, повсюду багровели лужи крови, и хотелось как можно быстрее убраться. Но для Андры и Доминика это значило очень много – то, что кто-то уже убрал цемент, соединявший плиты.
Под плитой скрывалась черная сырая земля, влажная от недавнего дождя. Андра понимала, что ее не должно здесь быть, или, по крайней мере, ее здесь не было изначально. Но сейчас земля лишь подтверждала, что они вышли на верный след.
Андра достала из кармана перчатки и, натянув их, запустила руку в чернозем.
– С каких пор ты таким озадачиваешься? – удивился Доминик.
– Почему нет? Смерти я не боюсь, но если можно отнестись к ней с уважением, я сделаю это.
– Речь идет об уважении к смерти или беспокойстве за свой маникюр?
– Тебе не идет язвительность, – покачала головой Андра. – Она не в твоей природе.
Отвечать он не стал – потому что в этот момент она достала из черной земли первый череп. Время уже освободило его от оставшихся тканей, и все же часть сохранилась, указывая, что кости не были очищены до погребения. Впрочем, эта часть была лишь на внутренней стороне, на лицевых костях не осталось ни следа кожи, на затылке – волос. Потому что всего этого, скорее всего, не было, когда голову спрятали здесь.
Один за другим она извлекла из тайника четыре черепа – трое взрослых, один детский. Маленькая Алена Милославская все же умерла рядом со своей мамой. Оставалось лишь надеяться, что это произошло быстро, она не знала, что сделали с ее телом дальше.
Значит, все четверо. Никого не оставили в живых для отвлечения внимания, они действовали строго по необходимости. Андра даже могла представить, как это случилось.
После того, как прогремел взрыв, в полуразвалившиеся залы ворвались люди в масках. Они искали тех, кто еще жив, и таких наверняка было больше четырех. Но они выбирали самых здоровых – а может, выбирали не они, а те существа, которых они принесли с собой. Живые отрубленные головы, останки былых времен.
Потом носители были убиты. Они лишились собственных голов, с которых сняли лица и скальпы. Их тела были использованы, чтобы возродилось нечто новое и бесконечно опасное, а их черепа с остатками тканей были спрятаны под полом.
Новые существа были не ожившими мертвецами, чужие голова и тело полностью слились – это доказывал тот факт, что Алена не осталась двенадцатилетней девочкой, она выросла за эти семь лет, как и положено. Неизвестно, получили ли они память носителей или удачно изображали амнезию после такой серьезной травмы. В любом случае, для них здесь все началось, а для четырех людей – закончилось.
– Почему они не забрали головы? – спросил Доминик. – Я имею в виду представителей секты. Да, во время взрыва было не до того, нужно было продолжать этот спектакль. Но за семь лет возможностей хватало!
– А зачем им напрягаться? Летать в Чехию, устраивать тут захоронение – ну правда, зачем? Они знали, что выгодно спрятали головы, не было смысла рисковать.
– Если они так хорошо разбираются в потустороннем мире, должны были знать, что такими похоронами они могут лишить эти души покоя!
– Ник, ты совсем мягким стал в этом своем монастыре. С чего ты взял, что те, кто сегодня убивает людей сотнями, будут думать об уважении к своим жертвам?
Да и потом, она сомневалась, что сторонники Безымянных, устроившие все это, так уж хорошо знают магию и потусторонний мир. Операция в замке была рискованной, но они пошли на это – получается, они не могли провести трансмутацию своими силами. Они где-то отыскали этих уродцев, созданных двести лет назад магами посильнее, наверняка прислуживавшими Безымянным, потом выбрали место, где есть энергия для их возрождения. Да, кто-то направлял их, но это могли быть сами Безымянные. Вещать из их мира проще, чем повлиять на то, что здесь происходит.