— Ничего, — Драко пожал плечами. — Если думала удивить меня заклинанием Незримого расширения, то ты промазала. Чары специфические, но не редкие и уж тем более не запрещенные.
Конечно, он рассчитывал, что его слова, как минимум, заденут самолюбие выскочки Грейнджер. Наверняка ее недалекие приятели с отвисшей челюстью смотрели, как она складывает стол в сумочку, которая меньше в десять раз, а то и больше. Но для Драко это сюрпризом не было. Разумеется, у него бы не получилось незримо расширить такой ридикюль, пришлось бы взять хотя бы средних размеров рюкзак, но ничего экстраординарного тут не было.
— Так тебе помочь? — бросил он, глядя, как Грейнджер расставляет реторты и пробирки. — Еще потом скажешь, что сама все сделала, а я только мешал.
— Справедливости ради, ты не мешаешь мне, пока не лезешь своими руками в мою лабораторию. И будешь мешать еще меньше, если соизволишь не разговаривать со мной, пока я занята делом. Если уж так хочешь чем-то заняться, набери мне песка в этот котелок. И ради всего святого, не трогай руками ни сам песок, ни воду.
Драко пожал плечами, взял котелок и двинулся к берегу. Легкий взмах палочки поднял в воздух песчаный ком, заставил медленно проплыть по воздуху и мягко опуститься в котелок.
— Что дальше? — спросил Драко, левитируя котелок к столику — чтобы уж точно не коснуться рукой ни одной песчинки и не вызвать новую волну негодования Грейнджер.
Той, похоже, от волнения отшибло слух. Надев плотные перчатки и сжав палочку в сильно дрожащей руке, Грейнджер отправляла небольшие горки песка то в одну пробирку, то в другую, что-то нагревала, процеживала, записывала в тетрадь — в общем, была крайне занята своими научными изысканиями. К стыду Драко, он не понимал ни одного ее действия. Вероятно, она сочла что-то в расшифрованных записях крайне опасным, а потому делиться с ним информацией не собиралась.
— Может, тебе помочь? — и откуда только в голосе взялась эта неуверенность? Да и с чего бы помогать ей — это же Грейнджер. Сама затеяла эту экспедицию, сама пусть и расхлебывает. Но кровное Малфоевское желание приложить руку, да хотя бы кончик мизинца, к великому все же брало свое. А вдруг Грейнджер сейчас и впрямь совершит прорыв? Тогда Драко совершенно точно должен быть причастен к ее открытию. Иначе потомки запомнят только то, что он песочка в котелок набрал, а это точно не похоже на весомый вклад.
— Сейчас сходишь, наберешь воды из реки. Дай только закончить с песком. Вот думала же, что надо взять два котелка! — она закатила глаза. — Ну да ладно, гиппогрифы за нами не гонятся, еды у нас на три дня, нет повода для спешки. А это что?
Она взяла со дна котелка крупный синий камень и зачаровано уставилась на него.
Самоцвет и впрямь приковывал взгляд, переливаясь всеми оттенками синего, а его многочисленные грани отбрасывали блики. Особенно юркий солнечный зайчик попал в глаза, и Драко отвернулся и часто заморгал. За спиной громыхнул взрыв. В следующий миг он понял, что летит прямо к хитросплетению корней мангрового дерева, затем ощутил тупой удар, и мир вокруг почернел и утих.
========== Глава 2 ==========
Драко открыл глаза и обнаружил, что лежит на корнях мангрового дерева. Неподалеку шумела река, а приборы на столике стояли так же, как он их и оставил.
«И почему я не поставил палатку? — размышлял Драко, поднимаясь на ноги. — Неужели так устал, что сил не хватило?»
Потирая затекший от лежания на твердом дереве бок, он двинулся к столику. Придирчиво осмотрев реторты и пробирки, он потер переносицу и взял в руки толстую тетрадь, бегло пробежал взглядом по строкам и пришел к крайне удовлетворительному выводу: песок из Исы был тем самым, что наполнял первый Маховик Времени. С таким результатом не стыдно было и в Министерство вернуться.
«Наверняка эти сволочи здорово удивятся, когда я заявлюсь к ним целым и невредимым, да еще и с Временным песком. Конечно, понадобится еще ряд проверок, прежде чем запускать песок в работу и создавать экспериментальную модель Маховика, но все равно это прорыв».
Он и сам не понимал, как работа в Отделе Тайн стала для него настолько важной. Попав туда по программе социализации, он увлекся исследованиями, сам того не ожидая. А как еще объяснить потраченное на перевод ветхой рукописи время? Почему бы он еще согласился тащиться в одиночку в такую глушь, как бразильские леса? Конечно, ему было интересно. Драко даже представлял, как запишут его деяния для потомков: даже будучи объявленным военным преступником, Драко Малфой не опускал рук и проводил научные исследования, позволившие восстановить такой мощный артефакт, как Маховик Времени.
— Напишут, — сказал самому себе Малфой. — Даже не сомневайся, напишут.