Роль Энкиду: В шумерских текстах Энкиду чаще всего предстает как слуга Гильгамеша. В аккадском эпосе он становится его равным другом, созданным богами как соперник Гильгамешу, но затем ставшим его побратимом. Смерть Энкиду становится поворотным моментом в жизни Гильгамеша, заставляя его осознать собственную смертность и отправиться на поиски бессмертия.
Тема поиска бессмертия: Эта тема, хотя и затрагивается в шумерских текстах (особенно в «Смерти Гильгамеша» и, косвенно, в стремлении «установить имя» в походе на Хуваву), становится центральной и доминирующей в аккадском эпосе. Именно страх смерти после гибели Энкиду толкает Гильгамеша на его долгое и мучительное странствие к Утнапиштиму (аккадский аналог шумерского Зиусудры), пережившему потоп и получившему бессмертие.
Философская глубина: Аккадский эпос достигает большей философской глубины в осмыслении тем дружбы, любви, славы, неизбежности смерти и поиска смысла жизни. Он предлагает более сложный и трагический образ героя.
Изменение деталей сюжета: Многие детали сюжетов изменены. Например, мотивы похода на кедровый лес, обстоятельства смерти Энкиду (в аккадском эпосе он умирает от болезни, насланной богами в наказание за убийство Хувавы и Небесного Быка), встреча с сидури (хозяйкой корчмы на краю света) и перевозчиком Уршанаби (аналог шумерского Ур-Шанаби) получают новое развитие.
Утрата некоторых шумерских сюжетов: Некоторые шумерские сюжеты (например, «Гильгамеш и Агга») не вошли в аккадский эпос или были значительно трансформированы.
7.4.3. Исследование темы смертности, поиска бессмертия и мудрости как центральной философской проблемы эпоса
Хотя в полной мере эта тема раскрывается в аккадском эпосе, ее истоки видны и в шумерских преданиях.
Гильгамеш, несмотря на свое полубожественное происхождение и героические деяния, не может избежать смерти. Это осознание проходит красной нитью через многие сказания. Его стремление «установить свое имя» — это попытка преодолеть забвение, связанное со смертью, через вечную славу.
В аккадской версии, после смерти Энкиду, Гильгамеш переживает глубокий экзистенциальный кризис и отправляется на поиски секрета вечной жизни. Он встречает Утнапиштима, который рассказывает ему историю потопа и объясняет, что бессмертие — это уникальный дар богов, не предназначенный для людей. Гильгамеш получает шанс обрести вечную молодость с помощью «цветка вечной молодости», но теряет его из-за своей неосторожности (цветок утаскивает змея).
В итоге Гильгамеш возвращается в Урук, так и не обретя физического бессмертия. Однако он приходит к мудрости: истинное бессмертие человека — не в вечной жизни тела, а в его деяниях, в построенных им стенах города, в оставленной им памяти и в принятии своей человеческой участи, которая включает радости земной жизни и неизбежность смерти.
Поиск бессмертия оборачивается для Гильгамеша обретением мудрости. Он понимает пределы человеческих возможностей и ценность того, что дано человеку в его земной жизни. Эпос заканчивается описанием стен Урука, построенных Гильгамешем, — это его реальное наследие и символ его мудрого правления.
Шумерские мифы о Гильгамеше, хотя и более фрагментарные и менее психологически разработанные, чем аккадский эпос, заложили основу для одного из величайших размышлений человечества о смысле жизни, дружбе, славе и неизбежности смерти. Они показывают героя, который, несмотря на свою силу и божественное происхождение, сталкивается с фундаментальными проблемами человеческого существования.
7.5. Мифы о потопе и другие эсхатологические сюжеты
Мифы о потопе, повествующие о глобальном катаклизме, уничтожившем почти все человечество, и о чудесном спасении избранного праведника, являются одними из самых распространенных и интригующих сюжетов в мировой мифологии. Шумерская цивилизация оставила нам одну из древнейших известных версий этого мифа, которая не только отражает представления шумеров о божественном правосудии и хрупкости человеческого существования, но и послужила прототипом для более поздних месопотамских и библейских сказаний.
7.5.1. Детальное рассмотрение шумерского мифа о потопе (история Зиусудры)
Шумерский миф о потопе известен в основном по одной, к сожалению, сильно поврежденной клинописной табличке, датируемой Старовавилонским периодом (ок. XVII в. до н. э.), но отражающей, несомненно, более древнюю традицию. Главным героем этого мифа является Зиусудра (шум. ZI.U₄.SUD.RA₂, буквально «Жизнь долгих дней» или «Нашедший жизнь долгих [дней]»).
Содержание сохранившихся фрагментов