Реликты лета полностью

– Ну как же? – Мику надула губки. – Кто-то же должен убираться! У нас всё по очереди. И до тебя дойдёт!

Нет уж, спасибо.

– Ага, ясно…

Я уже собирался уходить, но Мику никак не унималась.

– Так поможешь?

– Ладно.

Не знаю, зачем я согласился. Так часто бывает: сначала принимаешь решение, потом долго думаешь, почему ты сказал именно то, что сказал. Думаешь, думаешь… И всё равно никак не можешь понять, с чего бы вдруг это тебе в голову взбрело. Вот так я себя чувствовал, вытирая тряпкой столы, один за одним.

– Знаешь, я песню новую придумала! Хочешь, спою? – весело сказала Мику.

Не горю желанием.

– Хотя нет… – Она задумалась. – Петь и одновременно убираться будет тяжеловато. Тогда потом! – Мику обезоруживающе улыбнулась.

– Да, конечно.

– А как ты классно вчера Шурика спас! Весь лагерь с самого утра только об этом и говорит!

– Да ничего особенного. – Я себя прямо героем ощущаю!

– Нет, правда-правда! Вот я бы никогда не решилась пойти ночью в лес… Да ещё и в старый лагерь… Знаешь, сколько про него легенд ходит? Про вожатую, которая застрелилась… – А раньше говорили, что удавилась. – Да и вообще, это же так страшно!

– Угу, наверное.

Я постарался полностью отключиться от каких-либо внешних раздражителей и сконцентрироваться на уборке. Это помогло мне закончить быстрее, чем ожидал.

– Вот и всё! – с облегчением выдохнул я.

– Спасибо!

До обеда ещё далеко, так что я решил немного пройтись. Направление было выбрано случайно, хотя одним словом его можно охарактеризовать как «прямо». В итоге я оказался на площади, что и неудивительно: памятник Генде, кажется, являлся центральным местом этого лагеря, этаким нулевым километром.

Я сел на лавочку и задумался. Прошло уже четыре дня, а я ни на йоту не приблизился к разгадке моего сюда попадания. Да, за это время случилось довольно много странных событий, но, если разобраться, практически всё можно объяснить логически. Любое из них могло бы произойти и в нормальной жизни. Нормальная жизнь. Этот термин для меня здесь потерял своё первоначальное значение. И правда, реакция на окружающую действительность, поступки и слова других людей и свои собственные – всё это здесь ненормально. За последние четыре дня моё мировоззрение получило серию болезненных ударов под дых и апперкотов, после которых находится если не в нокауте, то в глубоком нокдауне. Иногда я сам не понимаю, почему совершаю те или иные действия, говорю те или иные слова. Точнее, понимаю, но только не сразу. Однако это понимание задним числом никак не помогает мне вести себя по-другому, более здраво, адекватнее сложившейся ситуации. Моменты просветления случаются со мной всё реже и реже. Если в первый день моей единственной мыслью было как выбраться отсюда, то сейчас меня больше волнует, где найти еду, как бы похитрее прогулять линейку по утрам и что сказать Ольге Дмитриевне, если Алиса ей нажалуется. И ведь это для меня действительно важно! А с каждым днём подобная бытовая суматоха всё больше вытесняет из моей головы мысли о том, что мир вокруг – и этот лагерь, и эти девочки – совершенно не нормален! Однако поделать с собой я ничего не могу, потому что просто забываю… Так же, как мы дышим неосознанно, я неосознанно всё больше вливаюсь в повседневную жизнь здешних обитателей. Всё больше становлюсь среднестатистическим пионером…

– Нет! Это неправильно! – громко воскликнул я и несколько раз ударил себя по щекам.

Вдруг из динамиков заиграла музыка, призывающая пионеров на обед.

– Наконец-то!

Я вприпрыжку поскакал в сторону столовой, а трансцендентальные мысли остались на площади, где они могли заинтересовать разве что Генду, будь он живым.

День только начался, а мне уже столько всего пришлось пережить. Но я выстоял и теперь имею законное право наесться до отвала!

Сегодня я пришёл не позже всех, так что смог занять свободный столик. На обед давали гороховый суп и рыбу с картофельным пюре. Это меня сильно разочаровало, так как рыбу я не ел ни в каком виде, а значит, калорий мой организм получит меньше, чем обычно. Вскоре к моему столику подошли Славя и Лена.

– Можно? – мило улыбнулась Славя.

– А? Да, конечно! – Я встал и выдвинул стул для неё. – Прошу!

Моё настроение в тот момент было лучше некуда.

– Приятного аппетита. – Сказав это, Лена некоторое время пристально смотрела на меня, но потом, видимо, поняла, что выглядит несколько странно, и уткнулась в свою тарелку.

– И тебе.

– Семён, есть какие-нибудь планы на день? – поинтересовалась Славя.

– Нет, – искренне ответил я, ведь планов действительно никаких не было. Разве что поиск ответов, но то скорее глобальная задача.

– Тогда не хочешь с нами прокатиться на лодке до острова?

Остров… Кажется, я видел его с пристани.

– Зачем?

– Ольга Дмитриевна просила земляники собрать. Там её много, и она такая вкусная! – По выражению лица Слави можно было представить вкус этой земляники, даже не пробуя.

– Земляника… А зачем?

– Не знаю, но, по-моему, идея отличная!

По-моему, тоже. Тем более на острове я ещё не был.

– Да, пожалуй.

Через десять минут мы уже стояли на пристани.