Так как гнев во мне кипел и нуждался в выходе, я пнула стол. Розы качнулись и укоризненно задрожали.
— Не фига так относиться к свободной личности, — сквозь зубы процедила им я. — Если он намеревается меня купить — обломится… Я не продаюсь…
Наконец их приватная беседа закончилась, Надя повесила трубку и застыла как изваяние, причем вид у нее был озадаченный и скорбный. Она взирала на меня с такой печалью, что мне ее даже жалко стало. Вопрос, застывший в ее взгляде, в принципе волновал и меня. «Что он нашел в этой лохушке?» Да, да… Что же он во мне нашел?… Я и сама не против была узнать ответ на этот вопрос, но лишних усилий на это тратить мне тоже не хотелось.
— Завтра он заедет за нами вечером, — сообщила Надя с укоризной в голосе. — Будь добра, Саша, оденься соответствующим образом… Он приглашает нас с тобой в ресторан…
Да уж, подумала я, когда способность соображать ко мне вернулась. Упертый парень… Хотя они, надо думать, все упертые, эти олигархи… Если чего захотят — вынь да положь…
Я откинулась на спинку стула, отчего бедняга недовольно скрипнул.
— При чем тут я? — поинтересовалась я у Нади. — Мне казалось раньше, что в ресторанах, где обсуждаются всяческие деловые вопросы, не обязательно присутствие скромного вахтера-смотрителя… Или вы решили сделать меня своим бодигардом? Но из всех видов единоборств мне, пожалуй, удастся только реслинг! Причем абсолютно без правил…
Я понимаю, что ты издеваешься, — сказала Надя. — Не считай меня глупее, чем я есть. Я охотно обошлась бы без тебя, но он настаивает… Если тебе не нужны деньги, то мне они нужны.
— Ага! — закричала я, хлопнув ладонями по столу, отчего бедные розы подпрыгнули. — Так я и знала! Ты хочешь меня продать ему! А знаешь ли ты, Наденька, что торговля живым товаром жестоко карается даже в нашем бесправном государстве?
— Господи, как я была глупа, когда пошла навстречу Веронике и взяла тебя на работу! — пожаловалась Надя, возводя очи к небесам.
— Господь искренне тебе сочувствует, — фыркнула я. — Но поезд ушел… Ты меня приняла на работу и теперь можешь только уволить… Увольняй меня поскорее, а то ваши планы мне нравятся все меньше и меньше… я не хочу, чтобы утром мой хладный труп обнаружился на отдаленной трамвайной остановке. Тебе понравится продавать меня олигархам, я знаю. Сегодня будет этот Райков, а завтра — какой-нибудь бандит покруче…
— Никто тебя не собирается продавать, — делая вид, что она не понимает мой черный юмор, вздохнула Надя. — Я просто не смогла убедить его, что без тебя нам проще будет разговаривать. Он хочет, чтобы ты присутствовала — и ты будешь присутствовать. Хотя бы из чувства солидарности с ребятами, которые могут неплохо заработать…
О своих дивидендах она скромно умолчала. Я же, судя по всему, должна была быть просто бесплатной альтруисткой.
Что за напасть такая, вздохнула я про себя, поскольку ситуация явно складывалась не в мою пользу. Чего он вообще ко мне привязался?!
— Чего он ко мне привязался? — продолжала я недоумевать позже.
Вероника даже перестала есть, уставившись на меня с искренним недоумением. Мы сидели в кафе, напротив нашего «зала». Дэн моментально заинтересовался, я видела это по его взгляду, но спросить не решился, правда, покраснел.
— Ты о ком? — уточнила Вероника.
— Об олигархе этом, — пояснила я. — Ведет себя как идиот… Может, он растратил все свои умственные способности на добывание капитала и в конце концов поглупел?
— Может, он и с самого начала был не слишком умным, — вздохнула Вероника. — Я вот всегда была умная, а как нажить капитал — убейте, не представляю… Так что путем логических рассуждений я пришла к выводу, что это совсем не обязательно свидетельствует о наличии интеллекта.
— А что с олигархом? — отчаянно смущаясь, спросил Дэн. Мне показалось, что он чересчур смущается, словно для него это важно. С какой стати, подумала я. Меня даже немного разозлило, что все вокруг так интересуются моей судьбой. Я уже собралась послать его подальше, но не успела открыть рот. Меня опередила моя драгоценная подруга.
— К Сашке пристает, — ответила за меня Вероника. — Усыпает ее путь розами и обещает накормить до отвала на халяву. А Сашка встала в позу. Подайте мне, говорит, «Реми Мартен». А иначе с места не двинусь…
— Реми… Мартен?
— О Дэн! — взмолилась я. — Не заставляй меня в сто пятый раз рассказывать, что это такое!
— А ты вырезку из гламурного журнала своего с собой носи… — ехидно присоветовала Вероника. — И сразу предъявляй. Как свою визитную карточку. Чтобы все сразу узнавали, чего наша Саша хочет. Может, кто полезный тебе встретится… Например, Жерар Депардье… Он-то наверняка сможет выдать тебе требуемое… Если захочет.
— Почему это? — удивилась я. — Нет, он, конечно, богатый дядька, но почему именно он? Там и покрасивее есть… Венсан Перес, например.
— Может, он и красивее. Но у твоего Переса нет виноградников. А у Депардье они есть…
