Пользуясь свободным временем, я зашёл посмотреть галактические новости, но, кроме некрологов по императрице, там не было вообще ничего. Событие поистине галактического масштаба затмевало собой вообще всё, и новости мне пришлось закрыть. Слишком тоскливо было читать хвалебные оды покойной государыне.
Порой эти некрологи перемежались материалами про кронпринца Виктора, наследника Империи, журналисты и блогеры пытались понять, чего можно ожидать от нового императора, описывая его прежние достижения. Все опасались всплеска милитаризма и новых конфликтов с соседями, Виктор считался человеком жёстким и нетерпимым. Я так не считал, если исходить из моего опыта общения с кронпринцем, но даже если это так, ничего плохого я в этом не видел. Лишь бы новый император ставил своей целью благополучие страны, а не какие-то собственные амбиции и желания.
Я позвал вестового, попросил сварить кофе, дождался, когда мне принесут чашку бодрящего ароматного напитка. На Дер Эквинуме такой вряд ли найдётся. По нему я тоже соскучился.
Челнок сделал короткий рейс до ближайшего шлюза станции, выгрузил там Асахину Ричардсон, вернулся назад на корабль. Судьба станции меня нисколько не волновала, даже при том, что мы её фактически захватили.
А когда челнок пристыковался на своё законное место, я объявил по интеркому, что начинаю переход к границе системы.
Малый эсминец включил двигатели, начал наращивать тягу, отдаляясь от орбитальной станции. Лететь здесь было недалеко, и я набирал скорость, чтобы сразу перейти в гиперпространство. Первый прыжок я тоже уже рассчитал.
Ощущение дрожащих где-то вдалеке маневровых двигателей казалось почти незаметным, но я чуял нутром, как энергия нашего ТМЭ-201 переходит в энергию движения, тратясь с бешеной скоростью. Этой энергии какому-нибудь посёлку хватило бы на несколько лет, но более экономичных и быстрых способов передвижения наши инженеры ещё не придумали.
— Начинаю переход в гиперпространство, — объявил я, когда эсминец добрался до края системы.
Нырнул незаметно, изящно, ощутив переход только по резкому изменению показателей на приборах, начал ускорение корабля. Сорок тысяч скоростей света, предельная, по мнению многих капитанов, скорость. В теории никаких ограничений не существовало. На практике же никто не хотел рисковать, разгоняя корабль быстрее сорока тысяч. Нет, кто-то наверняка разгонял, и даже больше. Но выйти из гипера и рассказать об этом они, скорее всего, уже не сумели.
Мы покидали Дер Эквинум с принцессой на борту, без потерь в экипаже и повреждений эсминца, всё, как я хотел, отправляясь на это задание. Но на душе всё равно скребли кошки. В первую очередь, из-за смерти государыни и грядущих перемен. Меня преследовало нехорошее предчувствие.
Даже при жизни императрицы Александры хватало недовольных, а теперь-то они развернутся во всю ширь. Новый правитель уязвим, даже при том, что загодя начал окружать себя верными людьми, так что только дурак не попытается вытребовать для себя новых привилегий.
Да и политические фракции внутри Империи, почувствуют шанс усилить свои позиции, с новой силой развернув борьбу за власть. Эпоха перемен, будь она неладна. Я-то свою сторону выбрал, причём уже давно, и менять её не собирался, служба кронпринцу возвысила меня, а я умел быть благодарным и верным. Чего нельзя сказать о многих других.
Но это всё потом, сейчас нужно добраться до Новой Москвы и сдать принцессу на руки её семье. Кронпринц… Вернее, император Виктор наверняка найдёт «Гремящему» более подходящее применение. Я уже успел лично убедиться в том, что всего один эсминец в системе может кардинально поменять расклад сил. А если учитывать, что «Гремящий» отремонтирован, оснащён по последнему слову техники, полностью укомплектован и готов к бою, он может стать тем самым джокером в колоде, особенно при том, что действуем мы не в составе эскадры, а самостоятельно. Главное, вовремя достать этого джокера из рукава. И для этого мы должны находиться поближе к Новой Москве, так что я гнал корабль на пределе возможностей.
Двадцать один прыжок через гипер по кратчайшему маршруту, точнее, двадцать, если не считать уже начатого. При условии, что мы в этот раз не станем задерживаться на станциях и возле планет, должны управиться гораздо быстрее, чем в прошлый раз. В учебку нам не надо, заглядывать в гости на отдалённые станции тоже не будем.
Случайных столкновений со здешними пиратами и прочими мутными личностями я тоже не опасался, это они должны нас бояться. Бывшее шахтёрское корыто с промышленным лазером вместо орудий, или даже с контрабандными ядерными ракетами на борту, нам повредить никак не сможет. «Гремящий» создан для боя в космосе, многократно испытан в бою, его славное имя знает вся галактика, так что нам будет достаточно только транслировать своё имя и координаты, чтобы все встреченные негодяи разбежались, как тараканы из-под тапочка. Ощущение силы и превосходства немного пьянило, но не так, чтобы позабыть об осторожности.
