– Это точно для упражнения? – Оливер поиграл бровями, но Леон не обратил на это внимания, а я лишь закатил глаза.
Он послушно опустился на пол, и его лицо покраснело от неловкости.
– Раскрывай колени, – Леон командовал, как опытный тренер, не терпящий возражений.
– Интересное начало, – Оливер снова нервно пошутил, но подчинился. – Мне нравится, мистер тренер, продолжайте.
– Дальше уже будет не так весело, – хмыкнул Леон.
Он с силой надавил на поясницу Оливера, и тот взвизгнул, едва не распластавшись на полу:
– Ай, больно!
– Для этого упражнения нужна хорошая растяжка. – Леон снова надавил, но теперь плавнее. – Опускай таз, он должен лечь на пол.
– У меня довольно хорошая растяжка, – пыхтя, произнёс Оливер. Похоже, натянутые мышцы в ногах отдавались острыми вспышками боли, судя по его напряженному лицу. Вскоре он шумно выдохнул и рухнул плашмя на пол, всем своим видом показывая, что больше не может.
– Что-то не похоже, – пошутил я.
– Готье, ты будешь следующим! – пригрозил Оливер.
Леон тепло рассмеялся, наблюдая за недовольным другом:
– Растяжка твоя явно не для этого.
Оливер сел, потирая мышцы на ногах, и по-детски надул губы.
– Это сложнее, чем я думал.
Леон опустился напротив, а я устроился сбоку. С минуту Леон наблюдал за Оливером, прежде чем произнести:
– Ты сейчас очень похож на Оливию.
Скорее всего, он сказал это без задней мысли, но Оливер вдруг запрокинул голову назад и громко, разочарованно взвыл. Леон вопросительно выгнул бровь.
– Только не говори, что она тебе нра-а-авится, – протянул Оливер, совсем как маленький плаксивый ребёнок.
– А не должна? – осторожно уточнил Леон.
– Она и Готье нравится. Она всем нравится!
– Эй, я вообще-то здесь! – хмыкнул я. – И да, ты действительно очень на неё похож.
– Готье от неё без ума, – согласился Леон. – По крайней мере, был.
Я угрожающе нахмурился:
– Хватит обсуждать меня, как будто вы только здесь вдвоём.
– Я слышу чей-то голос, – произнёс Оливер пугающе.
– Здесь точно живёт призрак… – подхватил Леон.
– И что же это за призрак?
– Чистокровный, которого отвергла возлюбленная.
– Эй, она меня не отвергала, – возмутился я.
– Я думал, что ты от неё без ума, – наконец обратился ко мне напрямую Оливер.
– Уже нет, – помедлив, ответил я.
– И я нет, – заверил Леон. – Надеюсь, тебя это не напрягает.
– Фух. – Оливер театрально выдохнул. – Наоборот, меня это очень радует.
Мы неловко замолчали.
– А от чего ты без ума? – тихо спросил Оливер.
Леон посмотрел на него серьёзно, словно Оливер, сам того не зная, задал очень важный вопрос.
– От сцены. От танцев. От внимания зрителей.
Голос Леона был твёрдым, интонация ровной. Он чётко произносил каждое слово, смотря Оливеру прямо в глаза. У меня мурашки пошли по коже: я почувствовал эту силу, которую раньше никогда не ощущал от Кагера. Да, Леон был сильным. Но говорил он обычно мягко, словно боясь кого-нибудь обидеть.
– А ты? – тихо спросил Леон.
– Я… – Оливер сидел слегка ошарашенный и не сразу нашёлся с ответом. – Я не знаю. Может, от истории Ахиллеса с Патроклом. От «Илиады». От Древней Греции.
Леон тепло улыбнулся, и Оливер решил быть немного честнее.
– И немного от тебя, – смущаясь, добавил он и торопливо уточнил: – Ну, от твоего таланта! – Он перевёл стрелки на меня. – Готье тоже так считает!
Я только кивнул в подтверждении его слов, но улыбка Леона вдруг исчезла. Он снова стал серьёзным, и Оливер, кажется, испугался, что наговорил лишнего.
– Я не то… – начал было он.
– Нам правда нравятся твои выступления! – Я попытался исправить ситуацию.
– Спасибо, ребят, – ответил Леон. – Это очень важно для меня.
Оливер быстро отвёл глаза: он окончательно стушевался. Леон в это время плавно поднялся.
– Ладно. Идёмте, я познакомлю вас кое с кем очень важным.
– Кое с кем важным? – заинтересовался Оливер.
Я удивлённо уставился на него. Кое с кем важным для Леона?
Хитро улыбаясь, он подвёл нас к стене и торжественно произнёс:
– Вот. Это называется станок.
– Это… – недоверчиво переспросил Оливер. – Кое-кто важный?
– Ага. Можешь звать его мистер Балетный станок. Хотите, покажу позиции? Повторяйте за мной.
Ноги Кагера были расположены на одной линии, пятки сведены, носки, наоборот, смотрели в стороны. От него опять веяло уверенной, притягательной грациозностью.
– Первая позиция лёгкая. Попробуйте повторить.
Я с досадой посмотрел на ступни Кагера.
– Что значит лёгкая? – возразил Оливер. – Я так ноги себе сломаю.
– Дай помогу. – Леон подтолкнул Оливера к станку, опустился на колено и руками переставил ноги Оливера так, чтобы скорректировать позицию.
– Нежнее, – проворчал Оливер.
– Я сама нежность, – ответил Леон, поправляя его пятки.
– Да у тебя руки стальные, ты как будто бы вагоны разгружаешь, – отшутился Оливер.
– Это всё от тренировок. Я много подтягиваюсь на турниках. – Леон поднялся и оценивающе осмотрел Брума. – Вот, другое дело. Спину прямо.
Я видел, как Оливеру трудно. Поза оказалась чертовски неудобной.
– Я так долго не выдержу.
– О, тебе идёт, – поддержал я. И ни капли не слукавил. Оливеру действительно всё это шло.
Леон по-дружески погладил его по спине:
– Ты большой молодец. Можешь отдохнуть.
