Зарекс отвел взгляд, закусив губу, недовольно цыкнул, вздохнул и, вновь посмотрев на меня, начал отвечать. — Черная магия — это не то, что можно описать в двух словах, но я попробую… — Он взял со стола какой-то фрукт, цвета топленого молока, ловко очистил и кинул мне дольку. Я никогда особо не отличалась проворством, а тут с легкостью поймала ее, и, понюхав, запихнула в рот. Зажмурилась, по небу растекся такой знакомый кисло-сладкий вкус мандарина. Когда открыла глаза, уловила улыбку дракона, смутилась и поспешно перевела взгляд на руку, в которой он держал более крупную дольку.
— Представим, что этот лакстас — умирающий маг, который очень хочет жить. Как видишь, внутри есть семечко. — На просвет действительно легко можно было различить черную точку. — Он еще может дать потомство, но его кристалл уже на грани и скоро разрушится, став всего лишь пылью. А это, — во второй руке между пальцами оказалась крохотная долька, — юноша или девушка, что только начали свою жизнь. Черная магия как бы выдергивает из умирающего тела душу, кристалл и способность к размножению, чтобы перенести их в новое тело. — При этих словах на его руке отрос острый коготь, который ловко извлек из крупной дольки семечко и вставил в мелкую. — Истинный хозяин новой дольки умирает. Точнее, сжигается его душа и возможное потомство, а также наполненная маной кровь заклинателя, все это становятся платой и топливом за использованное колдовство, а юный кристалл Истока перенимает силу старого. Да, на переогранку может уйти не один миртран, но такой способ безопасен. Так что меньше чем за сезон колдун, использовавший подобную магию, получает не только молодое тело, но и новый, юный кристалл, уже впитавший в себя все силы старого.
— Охренеть! Хотя, кажется, Айрос говорил о чем-то подобном. А это можно как-то отследить? — Спросила, а потом поняла, что это может быть воспринято двояко, поэтому воскликнула, — нет, не подумай, я не собираюсь увлекаться подобными мерзостями! Скорее это больше попытка понять, как самой избежать подобной участи…
— Можно. Любой Разумный способен увидеть ауру черной магии, если воспользуются артефактом с нужным свойством. Но даже без него в момент начертания ее легко почувствовать. Она отдаленно похожа по воздействию на мою кровь. И… не всем нужны артефакты. Есть и те, кто способен найти черного мага без посторонней помощи. Это обладатели Глаз Бога и жрецы из трех храмов: Судеб, Сателиса и Небесной Луны, но последние лишь чувствуют … колдунов. В каждом из этих храмов существуют… — Зарекс на миг замолчал, будто осекся, собираясь произнести что-то иное, но все же продолжил, — … обучают магов, задача которых найти и остановить тех, кто решил воспользоваться запретными знаниями. Стоит отметить, что в большинстве случаев такие воины-маги успевают до того, как ритуал завершен, и тогда отступника просто лишают его Истока. Но, если же нет… все будет зависеть от собственных предпочтений жреца. Одни сжигают колдунов заживо в божественном пламени, другие ловят и доставляют в храм на суд, третьи гасят Исток и дарят возможность сбежать и исправиться. Впрочем, чаще такой побег заканчивается смертью бывшего черного мага от рук его же “подопечных”, которые также получают свободу.
Я задумалась, взвешивая информацию. — Ты прав, без защиты выжить здесь мне будет крайне сложно. Так что, стать твоим вассалом — весьма здравая мысль. С другой стороны, путь мага… хоть и страшит, но привлекает. Я рассказывала тебе, что этот мир для меня, как сказка, наполненная волшебством. А повторить еще одну такую же простую, пресную жизнь, как и предыдущую, равносильно… будто упустить что-то важное. Да и возможность не стареть подольше — тоже вкусная. Но больше всего меня подталкивает к этому вчерашнее ощущение беспомощности и бесполезности. Если бы я не узнала Айроса из снов Лиарии, было бы еще хуже. Представь себе, на пороге дома незнакомый человек, который по всем параметрам тебя превосходит. За спиной на постели в беспамятстве остался тот, кто доверился тебе, и кого ты хочешь защитить. — На лице дракона появилась теплая улыбка, которая при следующих словах исчезла, а сам он стал куда серьезнее и задумчивее. — Это ощущение, что ты ничего противопоставить не можешь — страшно. Да и в целом не хочется быть… бесполезной обузой. А вероятность того, что когда-нибудь я окажусь в схожей ситуации… весьма велика. Благодаря чужой памяти, в сознании появилось понимание, что Врата могут открыться в любой точке этого мира, хоть в столице, хоть в каком-нибудь пустыре. Поэтому, если, отказавшись стать магом, в какой-то момент получу открытие демонической арки во дворе своего дома… И увижу, как монстры вырезают тех, кого я успела полюбить… Не смогу простить себя. Да, я не боец по духу, трусиха, но не против отдать силы или помочь раненым. И, если мне суждено погибнуть в том бою… Что ж… мне и так дали второй шанс. Кроме того, наверняка, можно постараться, потренироваться, обучиться и продать свою жизнь подороже…
