Во время оно… рече папа к римлянам:«Когда же приидет сын человеческий к престолу славы нашей,перво-наперво вопросите:“Друг, для чего ты пришел?”Но если не перестанет стучаться, ничего вам не давая,выбросьте его во тьму внешнюю».И было так, что явился бедный некий клирик в курию отца папыи возгласил, говоря:«Помилуйте меня, привратники папские,ибо рука нищеты коснулась меня;я же беден и нищ;а посему прошу, да поможете невзгоде моей и нужде моей».Они же, услышав, вознегодовали зело и рекли:«Друг, бедность твоя да будет в погибель с тобою.Отойди от меня, сатана,ибо не пахнешь ты тем, чем пахнут деньги.Аминь, аминь, глаголю тебе: не войдешь в радость господина твоего, —пока не отдашь последнего кодранта».Бедный же пошел и продал плащ и рубаху и все, что имел,и дал кардиналам и остиариям и камерариям; но они отвечали:«Что это для такого множества?»И выгнали его вон.Он же, вышед вон, плакал горько, не видя себе утешения.После же пришел к вратам курии некий клирик,утучневший, отолстевший и ожиревший,который во время мятежа соделал убийство.Сей дал, во-первых, остиарию, во-вторых, камерарию,в-третьих, кардиналам.Но они думали, что получат больше.Отец же папа, услышав, что кардиналы и слуги прияли от клирика мздумногую, заболел даже до смерти.Но богатый послал ему снадобие златое и серебряное,и он тотчас же исцелился.Тогда призвал отец папа к себе кардиналов и слуг и вещал к ним:«Смотрите, братие,никто да не обольщает вас пустыми словами,ибо я дал вам пример…дабы так, как я беру, и вы бы брали»[131].В этом фрагменте столько же сатиры, сколько и пародии, которыми наполнена латинская поэзия того времени. Некоторые стихи направлены против обычных средневековых объектов поношения – женщин и вилланов – или против отдельных монашеских орденов. Но самые яростные нападки были направлены против церковной системы, особенно против Римской курии и высшего духовенства. Кое-что из этого восходит к памфлетам времен борьбы за инвеституру, многое сохранится и продолжит бытовать, хотя и с разной интенсивностью, вплоть до протестантского «восстания». Действительно, в Средние века подобная критика была настолько повсеместной и жесткой, что один протестант XVI века, некто Флаций Иллирийский (он же Матвей Влашич), вознамерился доказать развращенность средневековых клириков с помощью речей вагантов, опубликовав самое раннее печатное собрание их стихотворений: «Несколько стихотворений благочестивых ученых мужей о порочном состоянии церкви» (Varia doctorum piorumque virorum de corrupto ecclesiae statu poemata). Не все авторы отличались ученостью, многие из них были далеки от благочестия, и тем более их нельзя назвать реформаторами до эпохи Реформации, но они знали, о чем говорили, хотя и с теми поправками, которые необходимо делать для сатиры любой эпохи. Большинство из них остались анонимными, они были представителями беднейшего слоя клириков, часто из среды странствующих бродяг, которые упустили богатство и легкую жизнь, приходящие с повышением по службе, и потому охотно обратились против своего церковного начальства. Но время от времени возможного автора все же можно установить – таков, к примеру, Филипп Гревский, канцлер собора Парижской Богоматери (ум. в 1236), которому приписывается стихотворение о Римской церкви «Булла разящая» (Bulla fulminante), столь же резкое, как и эти голиардские строки:
