Собираюсь вразумить ее, направить на мысль, насколько это опасно и что я могу помочь, но она бросает на меня короткий суровый взгляд и произносит:
– Больше об этом ни слова, ясно?
– Хорошо, я молчу, – нехотя киваю я.
Какое-то время мы и правда молчим, но Мия не выдерживает первой и начинает задавать вопросы.
– Откуда тебе было по пути за мной заехать? – спрашивает она.
– Из приюта для животных.
– А где он находится? – как бы невзначай задает вопрос, но я чувствую ее едкий взгляд, буравящий дыру в моем виске.
– Недалеко от вашего района, – пытаюсь выкрутиться я.
– Врешь!
– Ничуть, – качаю головой я.
– Я знаю, где в нашем городе приют, и это ни фига не близко! – бросает Мия и отворачивается к окну.
Злится, нервно ковыряет на большом пальце ноготь и постукивает носком ноги по краю скейтборда. Только что смеялась, а уже обижается и бесится, как такое возможно?
– Что тебя так бесит? – спрашиваю я в попытках понять ее. – То, что я соврал, или то, что я решил специально за тобой заехать?
– Ты бесишь! – огрызается она. – Жизни у тебя личной, что ли, нет?
– У меня есть личная жизнь, и именно поэтому я на сегодня отменяю наше занятие, – не знаю, зачем вру я, ощущая почти физически жжение от обиды в груди. – Вот я и решил встретиться, чтобы поговорить об этом, а еще сделать доброе дело.
Не знаю, зачем отменил занятие и кому этим сделал хуже, просто зацепило про личную жизнь и захотелось так сказать.
– Поговорили? Тогда можешь меня высадить, хочу прокатиться на скейте!
– Нет уж, доставлю до двери и провожу, чтоб еще тебя позлить, – пытаюсь улыбнуться, но не получается нормальной улыбки.
– Я не ребенок, чтоб меня за ручку водить!
– Не ребенок, – киваю я. – Но тебя чуть не похитили, а я единственный, кто об этом знает. Я хочу помочь и позаботиться о тебе и твоей безопасности, – снова говорю лишнего, но оно как-то само вылетает, минуя разумные границы.
В салоне автомобиля остаток пути царит тишина, окутывая липкими объятиями и вгоняя в уныние. Эта перепалка между нами получилась такая глупая, и я чувствую, что тяготит это не только меня. Не знаю, сколько я бы еще выдержал, но мы уже приехали, и я паркуюсь напротив входа в цирк.
Мия суетливо выходит из машины, но не спешит закрывать дверь. Долго смотрит на меня, нахмурив брови и закусив губу, пока наконец не решается сказать:
– Знаешь, кого ты мне дико напоминаешь?
– Кого же?
– Есть старый мультфильм про собаку Балто… Вот его мне напоминаешь, такой же, как он! – говорит Мия.
– Если от меня несет собачатиной, то это только потому, что я был в приюте для животных, – пытаюсь отшутиться я, но Мия мрачнеет.
– Такой же до зубовного скрежета благородный, добрый и самоотверженный! – зло бросает она и громко захлопывает дверь.
Провожаю ее стройную фигуру взглядом и обреченно упираюсь лбом в руль. Столько противоречивых эмоций во мне сейчас горит!
Захожу в здание цирка, показываю документы охраннику и иду к гримеркам. Внутри все кипит, мои эмоции выходят из-под контроля, вступают в реакцию друг с другом и выводят меня из стабильного равновесия.
Я отвратительно спала, постоянно думала о том, что может случиться еще из-за Ярика. Накрутила себя настолько, что словила паническую атаку и еле-еле отдышалась, вися на трубке у Дарины. А теперь еще и этот… Оленьевич, мать твою! Мистер вселенская доброта и отзывчивость!
Умный, правильный, добрый, красивый… Фу, господи! Не бывает таких людей, должно же быть в нем что-то порочное и грязное!
Здороваюсь с девчонками в гримерке и переодеваюсь в спортивную одежду. Все хихикают, делятся планами и только раздражают меня голосами и смехом еще больше.
– Эй, Мия, ты же пойдешь после тренировки в торговый центр с нами? – спрашивает меня одна из девушек.
– Зачем? – отвечаю я, повернувшись к ней.
– Таисия сказала забрать в ателье торгового центра наши гладкие спортивные купальники телесного цвета и померить их там, забыла? – растерянно отвечает она. – Да и просто потусим, – улыбается Женя.
После тренировки я должна была ехать в университет на занятия с репетитором, но он только что отменил наш «пыточный час», а значит, в теории я могу позволить себе прогулку.
