Джейн услышала незнакомые голоса удалявшихся людей. Она открыла глаза и невольно зажмурилась от яркого света солнца. Окно в спальне было открыто, и легкий бриз шевелил занавески. Откинув одеяло, она поняла, что лежит голая! Сразу же вслед за этим поразил вопрос: где же Чарльз?
Годами опасаясь мужчин, Джейн понимала, что любовь к Чарльзу Олдену была явной ошибкой, которая принесет ей лишь страдания. С самого начала ей было известно, что он ничего не хотел от нее. И все же она допустила его в свое сердце. Джейн не только занималась с ним любовью, но делала это охотно и сознательно.
Его половина кровати была пуста, простыня – холодной. Спуская ноги с кровати, она вздрогнула при воспоминании о том, как он ласкал ее бедра и груди. Подняв с пола атласный халат, она надела его и подошла к окну. Люди, голоса которых она слышала, уже прошли. Прищурившись, она подумала, что день обещает быть таким же фантастическим, как ее собственные эйфорические воспоминания.
Затишье после бури, подумала она, имея в виду и погоду на улице, и их занятия любовью в доме. Она отбросила назад свои спутанные волосы. Несмотря на некоторую скованность, она чувствовала, что ее тело испытывает удовлетворенность, а ощущения обострились. Это был такой день, когда ей хотелось подняться на вершину горы и объявить всему миру, что она влюблена. Ее губы улыбались. Пусть не было горной вершины, ее могла бы заменить одна из песчаных дюн! Или веранда! А может быть, ей нужно просто броситься в объятия Чарльза и затащить его обратно в постель?
Она обернулась и посмотрела на закрытую дверь. А где он, между прочим? Возможно, готовит какой-то необыкновенный, романтический завтрак! Прошедшей ночью он говорил, что фантазировал о ней. Наверняка эти фантазии включали и следующее утро…
Она подошла к туалетному столику и посмотрела на себя в зеркало. Она думала, что будет выглядеть утомленной, но, к своему удивлению, увидела румянец на щеках и блеск в глазах. Образ влюбленной женщины или женщины, испытавшей удовлетворение от занятий любовью. Она усмехнулась и обхватила себя руками.
Дверь открылась, и в зеркале она увидела отражение Чарльза.
Чувствуя себя немного смущенной, она быстро запахнула халат и завязала пояс. Конечно, она могла бы подождать, пока он поцелует ее или увлечет в постель, прежде чем она расскажет ему, какое у нее чудесное настроение. Но когда она повернулась к нему и вгляделась в него, улыбку ее смахнуло как рукой. Он не разглядывал ее ни с любовью, ни со страстью, он вообще не смотрел на нее. Припомнив, как отдаленно он держался после первой ночи, она подумала, что ей придется пережить все заново.
– Доброе утро, дорогая, – сказал он небрежно, все еще не уделяя ей должного внимания. Правда, он выглядел настроенным более дружественно, чем в прошлый раз, но это было совсем не то, на что она рассчитывала.
Он был в кедах и джинсах и голубой тенниске с изображением марки пива. Она вспомнила, как целовала его грудь и живот и как расстегивала его джинсы… Джинсы, которые сейчас плотно, сексуально обтягивали его. Она почувствовала легкое головокружение, когда осознала направление своих мыслей.
– Доброе утро! – ответила она и подумала, может ли он уловить смысл фразы: «Я люблю тебя!», смысл, который она вложила в это приветствие.
Его руки были опущены, а глаза осматривали пол.
– Ты не видела мои ключи?
Она моргнула, а потом вздохнула с досадой.
– Вчера вечером, когда мы вернулись из аптеки, они были у Томми.
– Вероятно, они под кушеткой. Да, между прочим, Томми проснулся, и его покормили. Луиза одела его. Она положила его опять в кроватку. Он ждет тебя. А электричество еще не дали, отключили телефон, вот почему мне потребовались ключи. Я собираюсь поехать в город выяснить, можно ли через кого-нибудь по– звонить Балтеру и передать, что у нас все в порядке.
До Джейн дошло, что она ни разу не подумала о Джеке после того, как проснулась. Но, несмотря на то что страх перед отцом Тома уменьшился, ее счастливое настроение исчезло. Она сунула руки в карманы халата и нахмурилась.
Казалось, он не собирается держаться с ней холодно или на расстоянии. Но, с другой стороны, и не поспешил поцеловать ее! Совершенно спокойное поведение! Как будто в прошедшую ночь не было ничего особенного! Может быть, для него и не было! А может быть, он вспоминал, какие были «ожидания на следующее утро», когда он был с другими женщинами! Возможно, они были заполнены оправданиями по поводу случившегося или искренними признаниями в любви. Ей нетрудно было представить себе Чарльза в одном из этих положений. Этим, возможно, и объясняется его поведение. Несомненно, что и он ждет от нее какой-то реакции. Поэтому он и появился так незаметно, спокойно и дружественно, избегая каких-либо прикосновений.
– Хэнк выходил и привез кофе и свежих пончиков, – произнес он, избегая смотреть на нее. Он собрал свои вещи, включая кожаный «дипломат» и ежедневные отчеты о расходах, которые он накануне забрал из своей комнаты.
