— Полный административный доступ, Александр, – улыбнулась голограмма – на самом деле, лёгкая тень, из того же адаптивного коллоида.
Александр едва на пол не уселся. Вот это да. Постойте, тут что-то не так. Если ему выдали полный доступ, это может означать, что...
— У комплекса в настоящий момент два активных пользователя, – добавил Учитель, и поблизости от окружности возникли ещё две голограммы – Александра и Сары. Настоящая Сара, заворчав, вскочила на ноги, попятилась... и через пару секунд обежала обе проекции, принюхиваясь, и осторожно потрогала лапой. Лапа прошла насквозь и Сара, вновь попятившись, обошла их неторопливо и, подойдя к Александру, уселась у его ног, поглядывая в лицо. Понятно. Ей неловко, что испугалась.
— Это просто такие картинки, Сара, – пояснил Александр. – Привыкай. Учитель, что случилось с Михаилом Кубиком, Риммой Метельской и Никой Светловой?
— Рассеяны при проведении операций, – последовал ответ. – Мне очень жаль, Александр.
“Рассеяны”? Это так теперь называют...
— Они погибли? – Александр получил вежливый кивок, и вот теперь чуть не уселся наземь. Понятно теперь. Вероника умерла – пусть даже она вроде бы та же самая, но что-то изменилось – и потому у неё отозвали доступ. Стойте, погодите, но ведь и у Риммы, и у Ники есть резервная копия! Точно есть, они “сохранялись” перед самым началом операции! И эти цилиндрические коробочки – там синтезируется адаптивный коллоид, там же хранятся резервные копии. Как-то они назывались... – Учитель, где портативные дата-центры Риммы и Ники? Склад уцелел?
И вновь кивок. Александр бросился на склад – и увидел там ряды этих дата-центров. И ещё по одному должно быть в квартирах Вероники и самого Александра, и ещё – в том исследовательском центре. Точно. Зная Римму, она обязательно должна была отнести их с Никой копии. Вот она, польза от того, чтобы быть информационной системой: можно себя скопировать. “Мы не копируем всё”, пояснила Римма. “Мы с ней почти как обычные люди, часть нас где-то там, где личность каждого человека”. Часть или не часть – личность человека может пережить физическую смерть, Вероника не даст соврать.
И Александр принялся искать.
* * *
В этих портативных дата-центрах столько всего! Нелепо было бы думать, что там только Ника и Римма. Там, поди, ещё и Селена, и мало ли кто там приглянулся Римме. И ещё миллионы – или миллиарды, не считал – записей. Не понять даже, что там вообще может быть: портативные дата-центры могут обмениваться памятью с основным хранилищем комплекса. А у того тоже есть резервные копии своей памяти, их минимум три...
Александр помотал головой, бросился к консоли. Сейчас, сейчас... Так же, как есть идентификатор Вселенной, есть идентификаторы их всех. Личность – такой же обитатель той самой платоновской Вселенной, цифровой объект. И у всех есть нечто, что позволяет их опознать, контрольная сумма. Сейчас, сейчас... Вот они, идентификаторы.
— Учитель, восстановить синтета по идентификатору “Ника, сто один ноль два”, – распорядился Александр.
— Объект не подлежит восстановлению, – отозвался Учитель почти сразу же.
По спине Александра пробежал мурашки. Как такое возможно?
— Восстановить объект по любой его резервной копии любой давности, – приказал Александр. Вновь короткая пауза.
— Ни одна из исторических копий объекта не подлежит восстановлению, – доложил Учитель.
А вот теперь Александр уселся на стул, с размаху. Видимо, что-то отразилось на его лице – Сара подбежала ближе и во взгляде её обозначилась тревога.
Нет. Не может быть. Нет такого способа – удалить любой объект отовсюду, ни у кого нет таких полномочий. Кроме самого Учителя – искусственного интеллекта, управляющего комплексом. Стойте, минуту, он ведь сказал не “удалена”, а не “подлежит восстановлению”. Это как вообще возможно – подменить копию Ники во всех копиях, включая “холодные”? Некоторые из таких копий выглядят и работают примерно так, как старинный лазерный диск. Подменить их все – всё равно что поменять текст на всех копиях обычной, бумажной книги – на всей планете. Как такое возможно?!
Нет. Мы так просто не сдадимся. Учитель успел обучить их тридцати пяти “заклинаниям” – тем самым воздействиям через платоновскую Вселенную. И есть там “Сыщик”, очень простое и удобное воздействие. Александр поднялся и, как учили, запустил ”Сыщика”, дав самого себя в качестве ориентира.
“Сыщик” обнаружил самого Александра за полсекунды. То есть нашёл его личность, обитателя платоновской Вселенной. Отлично. А теперь Вероника.
А вот её нет... стойте, не так. Есть кто-то очень похожий, связанный с той, прежней Вероникой. А это кто? Теперь дать команду “Сыщику” “посмотреть” на объект. При этом прикрыть глаза: если есть хоть какие-то сведения о человеке, “Сыщик” даст образ, картинку.
Перед глазами вспышкой мелькнула та, нынешняя Вероника – Александр словно увидел её, сидящую в её больничной постели, с ноутбуком на коленях. И успел заметить, что Вероника поднимает голову, смотрит ему в глаза, и во взгляде её возникает удивление...
