— Ты жульничаешь! – возмущённо восклицает Ника, бросая карту в лицо Риммы. Та хохочет, запрокидывая голову и кивая. Ника хватает подушку с дивана и пытается ударить ей Римму, но та раз за разом уклоняется. – Мошенница! Вот я тебя! – Подушка выскальзывает из руки Ники, и та, обняв Римму, хохочет сама. Минуты через три они сидят, улыбаясь, глядя друг на дружку.
— Ты создала искусственный разум, верно? – заметил Александр, глядя в восхищении на всё это. Подлинно машинная личность, во всём оптимальная, не смогла бы не заметить подлога. Не смогла бы не обратить внимания на подсказки в мимике Риммы. Не смогла бы “случайно” выронить подушку или не попасть...
— Мы с тобой создали, – уточнила Вероника, глядя с обожанием на девушек. – Твоя Ника уникальна, Римма проверила все доступные модели. Есть очень хорошо тренированные, с ними можно говорить почти о чём угодно, они понимают юмор и хорошо играют в такие вот игры. Но твоя Ника круче всех, как сказала бы Римма.
— Мама? – Римма словно только что заметила людей, с улыбкой глядящих на них. – Мы вас разбудили?
— Нет, мы просто любуемся, – покачала головой Вероника, и её восторженно обняли, подбежав со всех ног. А Ника осторожно обняла Александра, едва ощутимо поцеловав его в шею и сразу же отпустив, улыбаясь.
— Мы настоящие, да? – спросила Ника, взяв Римму за руку.
— Самые настоящие, – подтвердила Вероника. – Ого. Только сейчас заметила! – Она провела ладонью по рукаву платья Риммы. – Настоящее платье?!
— Ага! – Римма довольно улыбнулась, повернувшись так и этак, гордо демонстрируя. Действительно, настоящее – вязаное, и такой же осенний узор. – Ника подарила. Классно, да? Мама, будем ужинать?
* * *
Жаркое наваждение схлынуло в который раз, и они просто лежали, глядя друг другу в лицо. Ночь за окном, где-то там “спят” Ника и Римма – пока ситуация не чрезвычайная, девушки будут во всём походить на “органических”.
— Прости за глупый вопрос, – погладил Александр её по щеке. – Ничего, если вдруг успели за сегодня завести детей?
— Вовремя вспомнил, – покивала Вероника, и оба рассмеялись. – Знаешь, я не против. И ты тоже, я знаю. Но не сейчас, не сегодня. У тела своё расписание.
— Откуда знаешь? Это ещё одно твоё волшебное умение?
— Ага. – Вероника подмигнула. – Не переживай. Я...
— ...всё расскажу, – закончил Александр её мысль, и вновь они рассмеялись. – Да, помню. Вот сейчас что-то ещё вспомнил из твоего детства. Хотя ты не рассказывала. У вас ведь есть объяснение, как это работает?
— Уверен, что хочешь сейчас семинар по физике вероятностных ансамблей?
И вновь они рассмеялись. И легли на спину каждый, держа друг друга за руку. Вероника вздохнула, повернулась и прижалась лбом к его плечу.
— Мама рассказывала, как это было с ней, – шёпотом сообщила она. – Со мной так же. Как в омут, с головой, и это навсегда. Я так и не поняла, что же с ней случилось. Но очень хочу понять.
— Слушай, ты говорила, её хорошие друзья помогали тебе, когда мама исчезла?
Вероника покивала, и прижалась к нему крепче.
— Они очень помогли. Потом... через полгода где-то был странный разговор с Агатой, так зовут эту девушку. Она прямо как мама выразилась – если вдруг мы исчезнем, сделай так-то и так-то. И через неделю как сквозь землю провалились, оба.
— Их тоже никто не помнил?
— Нет, у её мужа тут родители, и другие родственники. И там помнят, и на работе. Уехали, мол, работать куда-то ещё, если что – обязательно передадим весточку. И двоюродная тётя. Она только и помнила маму, кроме меня, когда всё случилось. Ну, кроме меня и Агаты с мужем. А через пару недель молча собралась и домой уехала. Я ей звоню – она никогда меня сразу не узнаёт, а когда узнаёт – ой, Ника, прости, богатой будешь, как там у тебя дела? – Вероника тихонько рассмеялась. – Помоги мне понять! Пожалуйста!
— Чем смогу, – согласился Александр. – Что, ещё раз? – погладил он её по спине. – По глазам вижу, что хочешь.
— Мои глаза закрыты, – фыркнула Вероника – но вытянулась во всю длину, прижимаясь крепче к Александру, и мурлыча. – Обманщик... коварный обольститель... – Они снова рассмеялись, и Вероника, усевшись на него “верхом”, запрокинула голову, приоткрыв рот и улыбаясь, и её очертания вновь поплыли, смазались, а песок в часах принялся заползать в верхнюю колбу.
* * *
Александр медленно всплыл из сна, ощущая рядом живое тепло – Вероника, улыбается во сне, прижимаясь лбом к его плечу.
Они не одни в комнате. Александр уселся – это Ника. В том самом платье дивы, и с хлебным ножом в руках. Александр ощутил, что спину окатило ледяной водой, и, краем глаза заметив, как просыпается Вероника, осознал – это не сон.
— Или я, или никто, – свистящим шёпотом сообщила улыбающаяся Ника, глаза её светились красным. Александр ударил её по руке что есть силы – и прошёл насквозь, заметив, что Ника, отмахнувшись, разрезала ножом одеяло. Александр больно ударился о пол, пытаясь вскочить на ноги, взглядом ища любой твёрдый предмет, и увидел, что Вероника успела схватить подушку и отвести удар. И ещё заметил, что от следующего удара ей не уйти.
