Гибрид, которого они потревожили, судя по всему, давно эволюционировал, иначе откуда у его созданий столь продвинутые средства электронной борьбы?
— Берегись! Плазма! — Ида ударила из подствольного гранатомета. Метров на двадцать выше вспухло ослепительное пламя, вниз посыпались фрагменты оплавленных конструкций вперемешку с сервами.
Игнат, переждав падение раскаленных обломков, вновь начал взбираться по ребристым кольцевым элементам. Наконец он добрался до площадки аварийной лестницы.
Сервов становилось все больше. Ввязываться в затяжной бой не имело никакого смысла.
— Попробуем боеприпасы Хана! — он сменил обойму гранатомета. Хлопнула серия выстрелов и в красноватом сумраке густо всклубился желтый туман.
Тревожные индикаторы на ободе проекционного забрала мигнули и погасли. Спрей, разработанный ИскИном Орды, уничтожал органику. Колонии нейромхов управляющие кибермеханизмами, погибли за несколько секунд, но облако работало лишь в локальном объеме. Как только желтый туман потерял концентрацию под воздействием восходящих потоков воздуха, его свойства резко сошли на «нет».
Игнат и Ида, пользуясь замешательством противника, рванули вверх по лестницам к шлюзу.
С гулом сработал массивный гермозатвор, надежно отсекая преследование.
Ида мельком проконтролировала процесс копирования данных, начатый еще до вылазки на нижние уровни, затем опросила датчики.
Уровень, где раньше находились сектора крионики, биокибернетики и репликации после прихода военных получил статус «центра специальных операций». Именно отсюда репликанты уходили на задания и сюда же возвращались.
Внешних сенсоров уцелело немного. В основном они располагались в верхней части пирамидального трехлучевого небоскреба главного офиса корпорации.
Ида сняла гермошлем, одновременно открыв для Игната канал телеметрии со своего расширителя сознания.
— Что думаешь?
Он присмотрелся к обнаруженным датчиками сигнатурам. Умение читать и анализировать энергетические матрицы в последнее время стало одним из обязательных условий выживания. Учиться пришлось быстро.
— Выходы червоточин в полутора сотнях километров. Конструкты уже на подходе. Через пару часов окажемся в эпицентре событий.
— Нам нет смысла ввязываться в бой, — Ида оценила риски. — Гибрид проиграет схватку на поверхности, но при защите сети бункеров получит преимущество. В конечном итоге его уничтожат, но инки не получат искомого.
— Согласен, — кивнул Игнат, просматривая отчет о современном состоянии небоскреба. — Сколько тебе нужно времени на полное копирование данных?
— Еще час, как минимум. Потом я уничтожу исходники. Ну а пока соберу физические результаты исследований — образцы нанитов и прототипы устройств.
— Остается два вопроса. Что делать с криогенными залами и как будем уходить?
— Смотри, — она воссоздала трехмерную модель уровня. — Криогенные залы имеют дополнительную защиту и автономные источники питания. Загерметизируем их и поставим под усиленную охрану. Я сниму у сервов некоторые программные ограничения. Тогда они смогут эффективно защищать сектор спецопераций, не оглядываясь на целостность оборудования лабораторий. Думаю, этого будет достаточно.
— Считаешь, что людей еще можно спасти? Зверев не продержался и четверти часа.
— Есть куда более продвинутые технологии, чем тут. Корпорация «Биомед» сделала лишь первые шаги в области низкотемпературного сна. А в других пространствах опыт крионики насчитывает полторы тысячи лет. Гарантий тебе никто не даст, но попытаться можно. В будущем, — уточнила Ида.
— Хорошо. Решили. Мобилизуй всех сервов, неподконтрольных тиому. А я попробую обеспечить нас транспортом. Если уйдем хотя бы на сотню километров к югу, то сможем безопасно связаться с Ханом и запросить эвакуацию.
Со стороны их разговор мог показаться сухим, лишенным человеческих эмоций, а слова и формулировки слишком уж точными, бездушными. Непохоже на двух влюбленных, оказавшихся в сложной, почти безвыходной ситуации.
Игнат и Ида этого не замечали, дискомфорта или фальши не испытывали. Их страсть никуда не исчезла, но затаилась, словно пережидала силу неодолимых обстоятельств.
— Пойдешь в криогенные залы?
— Нет. Не хочу бередить обрывки воспоминаний. Займусь путями отхода, — ответил он. — Что с телом капитана?
— Сервы снова переместили его в криокамеру.
Он лишь сдержанно кивнул в ответ, подключаясь к кибернетической системе уровня.
…
На высоте завывал ледяной ветер, врывающийся через разбитые панорамные окна офисов.
Игнат мысленно скользил по сохранившимся фрагментам сети здания, пользуясь кабельными линиями, проложенными в толще стен еще при строительстве.
Кое-где ему попадались исправные комплексные датчики. Нейромхи их не захватили, — устройства долгое время были лишены питания и не проявляли активности.
Сейчас энергия к ним подавалась из сектора спецопераций. Для этого пришлось пожертвовать техническим механизмом, отправив его на восстановление участка коммуникаций.
