– Насколько я понимаю, в мои задачи будет входить, как минимум, отсрочка исполнения наказания, как максимум – отмена смертной казни? Когда приговор должны привести в исполнение?
– В четверг.
– Через три дня? – мужчина фыркнул, выражая то ли недовольство ситуацией, то ли удивление наивности своей собеседницы. – Я не Бог, детка.
– Знаю, – Люси позволила себе чуть улыбнуться. – Ты просто самый лучший адвокат в этом городе.
Локи снова снял очки, но в этот раз просто покрутил их в руках. Ему явно были приятны её слова, хотя он всеми силами пытался это скрыть. Однако довольно скоро от смущения не осталось и следа – Стейнлиз вернул прибор для коррекции зрения на место и, прищурившись, посмотрел на девушку:
– Благодарю за комплимент. Но ты же понимаешь, что за просто так я ничего делать не буду.
Люси закусила губу. В этом он весь – выгода, выгода и ничего, кроме выгоды. И сейчас ему будут нужны не деньги…
– Хорошо, – она кивнула, удивляясь, насколько спокойно прозвучал её голос. Мужчина несколько секунд смотрел ей в глаза, потом достал из кейса блокнот и щёлкнул ручкой, приготовившись записывать её слова:
– Рассказывай.
Следующие минут сорок она обстоятельно и подробно посвящала Локи в известные ей подробности этого непростого дела, не забыв упомянуть о всех трёх встречах. Стейнлиз быстро писал в блокноте, немного нахмурив брови и делая по ходу какие-то одному ему понятные пометки. Когда рассказ был окончен, он убрал записи в кейс, повернулся к ней и, усмехнувшись, легонько провёл длинными, необычайно чуткими для мужчины пальцами по подбородку:
– Могу я получить аванс?
Люси только ближе придвинулась к нему, прикрыв глаза, но вместо ожидаемого поцелуя Локи лишь потёрся своей щекой о её щёку и тихо спросил:
– Почему ты ушла от меня?
Что она могла ответить на этот вопрос? Как объяснить ему причину их разрыва, не раня его самолюбия и так, чтобы он смог понять её? Ей не удалось сделать это тогда, получится ли сейчас? Люси вздохнула, собираясь хоть что-то сказать, чтобы прервать неловкую паузу, но не успела – мужчина резко отстранился, поднялся и совершенно спокойно, будто ничего и не произошло, сказал:
– Мне нужно получить разрешение на просмотр его дела. Ты ведь наверняка тоже захочешь взглянуть на него? – получив утвердительный кивок, Локи бросил быстрый взгляд на часы: – Хорошо. Думаю, пары часов мне хватит, чтобы уладить этот вопрос. Куда за тобой заехать?
– М-м-м… – девушка потёрла лоб, пытаясь привести мысли в порядок и вспомнить, что она планировала на сегодня помимо утренней встречи в кафе. – Я буду на студии.
– Договорились. Жди моего звонка, – Стейнлиз бросил на стол банкноту, подхватил кейс и быстрым шагом направился к выходу. Люси проводила его глазами. Ну, что ж, можно сказать, что всё прошло… нормально. Локи согласился помочь, а способ оплаты, хоть и казался на первый взгляд безнравственным и пошлым, был не лишён приятности и в данном случае, как ни крути, казался единственно возможным. Теперь, оставшись одна и обдумав сложившуюся ситуацию, она поняла, что иного развития событий и не ожидала. Стоило ли тогда беспокоиться и переживать? Люси тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, расплатилась и поехала в студию.
В принципе, особых причин находиться здесь сегодня у неё не было: очередной выпуск «Репортажа», который пойдёт в эфир в среду, они с Джетом смонтировали ещё вчера, в воскресенье. Единственное, что нужно было сделать, это оформить пропуск для её нового оператора, Ромео Конбальта. Запрос в тюрьму начальство должно было отправить ещё несколько дней назад, оставалось забрать его и подписать кое-какие бумаги. Чтобы не терять времени, она сразу же поднялась на третий этаж. Кана на её приветствие только махнула рукой в сторону непосредственных директорских апартаментов, и снова уткнулась в любимый журнал. Журналистка стукнула костяшками пальцев по двери и заглянула в Красный кабинет.
К её огорчению, на месте оказался только Стинг Эвклиф. Конечно, подписывать документы имели права оба руководителя, но Люси предпочитала по любым вопросам общаться именно с Фернандесом. По одной простой причине – он не пытался перевести их отношения в разряд личных. В отличие от Эвклифа. Этот симпатичный блондин не так давно начал оказывать ей пусть и редкие, но крайне недвусмысленные знаки внимания, награждая при встрече весьма откровенными взглядами, от которых девушке каждый раз становилось не по себе. Не сказать, чтобы он совсем ей не нравился: сочетание светлых волос с выразительными, пронзительно-синими глазами и яркой, запоминающейся улыбкой, одаривающей его по-детски притягательными ямочками на щеках, могло покорить почти любое женское сердце. Компанейский и открытый, в отличие от серьёзного, немного себе на уме Джерара Фернандеса, Эвклиф быстро располагал к себе людей, легко находил с ними общий язык и мог поддерживать даже самый бессодержательный и скучный диалог, если это требовалось для дела.
