— Или налови кузнечиков, — смилостивилась Платина, глядя на обиженно-растерянную физиономию простолюдинки. — Я завтра утром иду рыбу ловить!
Несмотря на первоначальный энтузиазм, рыбалка вышла так себе. Откровенную мелочь Ия сразу отправляла обратно в озеро, и часа через два в ведре лениво шевелили плавниками пяток не самых крупных рыбёшек.
Солнце, с комфортом разместившись на чистом, словно выстиранном небушке, загнало комаров в траву и тень. Но их место тут же заняли слепни и мухи, с утробным жужжанием вившиеся вокруг обозлённой на весь мир девушки, норовя сесть на потное лицо.
Платина сбросила с плеч накидку, но даже в лёгком шёлковом платье становилось всё жарче. А рядом призывно манила прохладная водная гладь.
С того места, где покойный наставник барона Хваро когда-то удил рыбу, и где сейчас приёмная дочь бывшего начальника уезда пыталась полюбить это занятие, прекрасно просматривался причал и привязанная к нему лодка с полукруглой крышей. Занавесы с неё давно убрали, и вряд ли господин Каямо вернёт их на место без прямого приказа хозяина замка. Но можно же что-то придумать?
Свернув удочку, Ия прихватила ведро с рыбой и поспешила в дом.
— Сама приготовишь, или на кухню отнести? — поинтересовалась она у служанки, демонстрируя улов.
— Конечно, сама! — тут же обрадовалась та, ибо, несмотря на обещание, ни мяса, ни рыбы им так больше и не приносили.
Удовлетворённо кивнув, Платина принялась вновь осматривать все подсобные строения маленькой усадьбы, на сей раз твёрдо зная, что именно она ищет.
Обнаружив три рваные циновки, с помощью ножа и тонкой верёвки сделала из них две, как раз таких размеров, чтобы загородить торцовые проёмы на прогулочной лодке с полукруглой крышей.
Для обращённой к причалу стороны взяла свою простыню, а для той, где будет спускаться в воду, позаимствовала одеяло служанки, проигнорировав, как и подобает благородной госпоже, недовольную физиономию простолюдинки.
Охэку робко предложила сначала пообедать, но пришелице из иного мира не терпелось поскорее искупаться.
Сложив всё необходимое в корзину и навьючив её на несчастную служанку, приёмная дочь бывшего начальника уезда повела её к причалу.
Наверняка имелись свидетели того, как они переоборудовали прогулочную лодку в «пляжную кабинку», но, видимо, помня строгий приказ землевладельца, никто не подошёл и не поинтересовался, чем это тут занимается молодая госпожа?
Хорошо запомнив реакцию Охэку на своё переодевание, Ия оставила её на причале, сама разоблачилась до нижнего белья и скользнула в воду.
Дочь кузнеца уже видела, как купается её взбалмошная хозяйка, поэтому не особо удивилась, увидев девушку метрах в десяти от помоста.
— Вы только не утоните, госпожа, — всё же не удержалась она от замечания в её адрес. — А то господин меня убьёт.
— Не утону! — смеясь, отмахнулась довольная Платина.
Она буквально наслаждалась прохладной водой, чувством свободы и власти над собственным телом.
Мир словно заиграл новыми красками, сделался ярче, рельефнее, звонче. Окрепла уверенность в собственных силах, в способности самой «сделать свою судьбу».
Вдоволь наплававшись, девушка вновь забралась в лодку, где спокойно переоделась в сухую одежду.
Похоже, столь экстравагантный поступок вызвал нешуточные пересуды среди обитателей замка, внеся разнообразие в их спокойную, размеренную жизнь.
Поэтому Ия нисколько не удивилась, когда вечером в Дом за озером явилась недовольная Яира.
— Что такое вы себе позволяете, молодая госпожа? — едва отвесив короткий поклон, тут же «наехала» на неё доверенная служанка хозяина замка.
— Ничего, кроме того, что я уже делала вместе с нашим господином, — выдала Платина заранее заготовленный ответ. — Разве вы не знали, что я уже купалась в озере? Как раз в тот день, когда приехал господин Мукано.
Однако старуху оказалось не так-то легко смутить.
— Вот господин приедет, тогда и купайтесь! — безапелляционно заявила она. — А пока его нет, мы все здесь отвечаем за вашу жизнь. Утонете вы, не дай Вечное небо, что мы ему скажем?
С одной стороны, Яира, будучи много лет поверенной в страшную тайну барона Хваро, имеет на него/неё безусловное влияние и способна при нужде сильно нагадить беглой преступнице.
Однако она всё же только простолюдинка, хоть и щеголяет с серебряной шпилькой в седых волосах, и безропотно сносить от неё подобные упрёки для приёмной дочери бывшего начальника уезда безусловно означает потерю репутации в глазах Охэку, а значит, и всех обитателей замка.
Мгновенно оценив все «за» и «против», Платина криво усмехнулась:
— Не дождёшься.
— Что? — озадаченно вскинула брови собеседница.
— Я говорю, — принялась чеканить слова Ия, поднимаясь из-за стола. — Не дождёшься, чтобы я утонула. А перед господином я сама отвечу и всё ему объясню. Поняла?
Взгляд старой служанки полыхнул гневом. Но всё же впитанный с молоком матери пиетет перед представителями благородного сословия заставил её потупить взор, пробормотав:
— Поняла, госпожа.
