А девушка терпеливо сидела в кабинете, ожидая либо завтрака, либо приглашения на него. Вот только идти в главную башню с опухшей щекой очень не хотелось.
Минут через сорок её позвали:
— Госпожа! Молодая госпожа!
Выйдя на сквозную веранду, та увидела крепкую женщину лет сорока пяти в новеньком платье служанки.
Держа в руке коробку для еды, она склонилась в почтительном поклоне, демонстрируя аккуратно уложенные волосы, изрядно «присыпанные» сединой и скреплённые простой деревянной шпилькой.
— Здравствуйте, молодая госпожа. Господин приказал мне служить вам. Здесь завтрак.
— Ну, так неси его на стол, — распорядилась Платина. — И скажи: как тебя зовут?
— Укена, госпожа, — представилась простолюдинка.
При взгляде на грубые черты круглого лица, на тонкие, плотно сжатые губы и маленькие, воровато бегавшие глазки, у приёмной дочери бывшего начальника уезда пропала всякая охота с ней болтать. Тем не менее она всё же поинтересовалась:
— Кто ты такая и что умеешь?
Выяснилось, что её новая служанка — вдова богатого крестьянина. Будучи второй женой, она не успела родить мужу сына, поэтому и не пользовалась в семье уважением. После смерти супруга его наследник от первой, давно умершей жены не выказывал мачехе должного почтения и чуть не выгнал её из дома.
Женщине даже пришлось пожаловаться на подобную непочтительность господину Каямо. Тот приказал крестьянина выпороть за пренебрежение моральными принципами, а когда барону понадобилась служанка для молодой госпожи, управитель вспомнил об Укене.
Та заверила молодую госпожу в своём старании, аккуратности и трудолюбии, после чего Ия поняла, что собеседница совершенно не обладает навыками, необходимыми для обслуживания благородной госпожи. Она здесь только из-за преданности управителю замка, и, значит, делать причёску и наносить макияж Платина, как и раньше, будет сама.
Поддев ложкой ещё тёплую кашу, она сухо распорядилась:
— Уберись в комнатах и постирай бельё.
— Слушаюсь, госпожа.
Ещё примерно минут через сорок явилась Яира с приглашением от господина посетить лотосовый пруд, где уже распустились бутоны.
«Ну да, красиво, — думала пришелица из иного мира, держа в руке полупустую чашечку с остывшим чаем и глядя на большие нежно розовые цветы в обрамлении зелени листьев, отражавшиеся в зеркальной глади воды. — Только мы здесь уже целый час сидим. Я уже литра два выпила. Того и гляди из ушей польётся».
Но землевладелец молча сидел, откинувшись на низенькую спинку кресла, и по его губам блуждала лёгкая, мечтательная улыбка.
«А может, сбежать в столице? — внезапно пришло в голову девушке. — Или в каком-нибудь другом большом городе, где много народа и легче затеряться? Нет, тогда она меня точно искать будет. Бежать надо отсюда, разыграв самоубийство. И обязательно в мужской одежде. Скорее всего, выстиранное и по ночам у прачечной сушится. Здесь же чужие не ходят. Можно не бояться, что своруют. Но в чём туда идти? Не в шёлковом же платье? И не в нижнем белье. Хорошо хоть, джинсы остались. Только к ним надо ещё что-нибудь. Не шататься же топлесс? Холодно, и комары сожрут. А все «пижамы», как на зло, белые! Их в темноте разве что слепой не заметит».
Ия нахмурилась, допила остывший чай, вздохнула, бросив короткий взгляд в сторону задумавшегося аристократа, и вдруг усмехнулась.
«А если её выкрасить тушью? Не обязательно сплошняком, а большими пятнами — на манер маскировочных костюмов. Это же лучше, чем совсем белый.»
Подобная идея пришлась ей по душе. Даже настроение улучшилось. Тут ещё и барон подал голос, поднимаясь:
— Сегодня я не могу остаться у вас, Ио-ли. Надеюсь, вы не обидитесь?
— Что вы, Тоишо-сей! — делано возмутилась Платина, едва не ляпнув: «Совсем наоборот!». — Я же вижу, как вы устали после дороги.
Потом приёмная дочь бывшего начальника уезда продемонстрировала Хваро свои успехи в стрельбе из лука.
Хозяин замка пригласил её на ужин в главную башню, однако девушка отказалась, сославшись на свой далеко небезупречный внешний вид, словно бы ненароком указав на всё ещё распухшую щеку.
Тогда явно расстроенный землевладелец приказал накрыть им стол в павильоне на островке.
Жара вновь вернулась, но от озера веяло прохладой. Выпив, аристократ вновь прочитал стихи. Ия тоже не осталась в долгу и продекламировала:
— Прекрасно! — улыбнулся барон. — Вы вспомнили эти стихи или выучили их уже после болезни?
