Республика - победительница (ЛП) полностью

Просыпается на Волыни польский дух. Лишенная национальной традиции деревня вернулась к вере своих отцов. Уже в прошлом году на Волыни произошел случай, когда целая "украинская" деревня, населенная Домбскими, перешла в католичество и объявила себя поляками. Теперь же громадное впечатление произвело решение деревни Гриньки в кременецком повете, которая в полном составе перешла в католичество из православия. А ведь достаточно приглядеться к таким фамилиям как Мазур, Войцеховский, Ковальский, Ружек и другие, чтобы сразу же сориентироваться, что это коренные поляки, только придавленные длительной неволей. Случай этот тем более важен, что деревня Гриньки расположена на самой советской границе. Не следует прибавлять, насколько большим этот день был для всей деревни. Все перешедшие в католичество отправились в костел в Лановцах. На приеме, произошедшем в общинном доме, было прочитано письмо командира батальона КПО, в котором шла речь об исторической справедливости. Новообращенные поляки дают Польше горячие сердца и жертвенные руки, и детей своих они желают воспитать на пользу Святейшей Республики Польской.

В реальности же "обращение" деревни Гриньки добровольным не было. Ну а соответственную температуру сердец и жертвенность рук жителям деревни обеспечивали солдаты упомянутого Корпуса Пограничной Охраны.

А после того, как поляки выиграли войну, ситуация воспалилась еще сильнее

Организация Украинских Националистов, правда, не осуществила антипольских диверсий в ходе сентябрьской войны, как это случилось в реальной истории (украинцы понимали, что ставить на Германию, ведущую бои на трех фронтах, идея не самая удачная), но случались отдельные "удары в спину", нападения на патрули, на представителей местных властей или на "соглашателей". В связи с этим, вскоре после войны польская армия провела очередную репрессивную операцию. И акция это надолго "отравила кровь побратима".

На сей раз даже не очень важных националистических деятелей выловили и посадили в специально созданных для этой цели центров изоляции в уже существующих лагерях в Березе Картуской и Бресте (где, кстати, в реальном мире перед войной пожизненный приговор отсиживал Степан Бандера: его посадили за организацию убийства министра Перацкого). И на этот раз разрушали церкви и избивали вытаскиваемых из домов украинцев, уничтожали имущество, силой обращали в католичество. Были и убитые.

Так что предводители ОУН сидели в тюрьмах с длительными приговорами, но полякам не удалось вырвать зубов самой организации. Были восстановлены давние структуры Украинской Войсковой Организации (УВО), и бойцы за украинскую независимость присоединилисб к террористическим операциям.

Выступление ОУН-УВО, случившееся в Восточной Малой Польше в 1942 году, имело более широкий масштаб, чем две предыдущие акции УВО в начале двадцатых и тридцатых годов. Точно так же, как и тогда были проведены нападения на польскую администрацию и ее учреждения, убивали чиновников и польских поселенцев, срывали железнодорожные рельсы и взрывали мосты, но появился новый элемент: в центрах польских городов взрывали бомбы, в результате чего страдали сотни ни в чем не повинных людей. И это происходило не только лишь во Львове или Станиславове. Заряды были взорваны в краковских Сукенницах, на Маршалковской улице в Варшаве, в центрах Познани, Лодзи, Вильно, Гродно, Радома, Келец. Множились поджоги в деревнях, осуществлялись нападения на польские поселения, случались и убийства. Украинцы хотели отравить полякам жизнь до такой степени, чтобы общественное мнение самой Польши, измученное террором, начало давить на власти, чтобы те, в конце концов, избавились от доставляющего проблемы региона.

Акция породила реакцию.