– Ты что творишь?! – возмутилась, оглядывая его. Действительно, в руке мужчины сверкала голубая молния. Увидев меня, он лениво улыбнулся, убирая её.
– Решаю твои проблемы, дорогая супруга. Ты же не можешь! – добавил каплю яда в самодовольный голос.
– Кто говорит, что не могу? Всё было под контролем!
– Ну-ну, тешь себя… – фыркнул он.
Мужчина наклонился, выглядывая на улицу, оттого можно было прекрасно разглядеть его накачанный торс и татуировку, что, словно живая, бегала у него на груди.
Поджав губы, я перевела взгляд на развесивших уши поваров.
– Что стоим? Работа себя не сделает! – словно пастух, я загнала своё стадо, проигнорировав супруга. И что с ним спорить? Он же упрям как осёл, даром что ящер!
Через сорок минут у нас всё было готово, и мы консервировали при помощи артефакта большие кастрюли, которые нагрузили на телеги. Я довольно сверкала глазами, готовясь ехать следом в своём ландо.
Половина поваров под предводительством Арно оставалась, ведь вечером у нас будет полно работы в ресторане.
– Что происходит? – проговорил дракон, перегородив мне дорогу к уже готовому транспорту.
– Работаем, – лаконично констатировала, отмечая краем глаза, что дракон сегодня постарался. Настоящий франт. Гладко зачёсанные волосы блестят, крахмальная рубашка хрустит на широких плечах, шёлковый жилет сверкает своими пуговицами из чистого золота в виде маленьких драконов.
– Не ёрничай! Ты специально устроила весь этот шум с утра?!
– Было шумно? Нужно было думать, когда заселялись над рабочим рестораном. Хоть мы и принимаем гостей в обед и на ужин, работа кипит с самого утра. А теперь, извини, мне нужно спешить! – увидев, что телеги с едой тронулись, я нетерпеливо притопнула и стала обходить препятствие в виде окаменевшего супруга.
– И чем же таким важным ты планируешь заняться? – возмутился он, с прищуром наблюдая, как телеги удаляются.
– Мы едем кормить бедняков. Мне казалось, ты вчера понял, что я занимаюсь благотворительностью, когда принимал кредитные письма и шиллинги.
– Ты что, не додумалась нанять помощника, который бы этим занимался? – искренне удивился он, я же вновь решила промолчать, уйдя. По пути нарочно задела его плечом, не желая уступать дорогу, так чуть не взвыла от боли. Он точно сделан из камня.
– Серьёзно? Ты сама собралась ехать к этим оборванцам?! – возмущался мужчина, следуя по пятам.
– Они – такие же существа, как и мы, и им нужна помощь. Проблемы в этом не вижу! – забравшись в ландо, я взялась за вожжи, вот только дракон вновь поступил по своему усмотрению, заняв сидение сзади.
– Ты поступаешь безответственно!
– Почему? – тронувшись, поинтересовалась у него.
– Это опасно: ты не знаешь, что у них на уме, не говоря уже о грязи, которая там царит.
– Личную гигиену никто не отменял. А что касается безопасности, то меня там все знают, к тому же под сидением у меня два заправленных мушкетона. Так что лучше бойся за себя, франт!
– Я могу за себя постоять, – фыркнул он, поправляя лацкан насыщенно-кобальтового сюртука.
Я же мысленно посетовала; он там будет как кость в горле. Люди-то понимают, что на нём надето целое состояние. Лишь бы не случилось беды.
Но, кажется, я зря нервничала. Дракон вёл себя тихо-мирно, даже не пробовал вести со мной беседы.
– Леди д’Эбре, вы обворожительны! – отвесил мне комплимент худощавый малец четырнадцати лет.
Он зорко следил, чтобы каждому досталось, чтобы никто не жульничал и стоял в очереди, не бунтуя и не обижая моих поваров. Ведь к нашим телегам, ещё задолго до того, как мы подъехали, подтянулась толпа страждущих. У каждого были с собой тарелка и ложка, и все они надеялись на сытный обед. Может быть, даже первый на этой неделе.
Мы каждую неделю приезжали на небольшую торговую площадь, прилегавшую к бедным кварталам. Углубляться я не решалась, несмотря на то, что мы жили в благословенном климате. Здесь было мрачно. Кто-то решил, что растениям здесь не место. Потому старые покосившиеся дома нечем было замаскировать, и они создавали довольно мрачную картину. Будь здесь зелень, хоть она бы радовала глаз, а так – счастью и зацепиться не за что…
Рони был не простым мальчиком. У него были подобие манер и авторитет, что на улице – веский аргумент. Я не пыталась разузнать, как именно он зарабатывает себе на жизнь, это могло принести мне разочарование. Не стоит задавать вопросы, если не готов услышать ответ.
– Ты – льстец, Рони, но мне приятно! – подмигнула я ему, подавая тарелку с ароматной похлёбкой и кусок пирога.
– Ещё не все, – отмахнулся он от еды, – девчонок Альди ещё не было, да и госпожи Флоксии и Марты… – начал перечислять парень.
– И многих-многих других. Ешь. Всем хватит, – всучила я ему тарелку. – Слушай, а как дела в городской лечебнице? – поинтересовалась, видя, что кусок пирога моментально исчез в его нутре.
– А что?
– Я переводила им сумму на лекарства в прошлом и позапрошлом кварталах … И всё время требуется одно и то же…