– Как и в прошлой жизни! Меня это не пугает, – лукавила я, отчего настала его очередь смеяться.
– Ну да, именно потому что тебя это не пугает, мы и стоим здесь… в совершенно другом мире и времени.
– Знание чужих страхов – это сила, ведь так?
– Допустим, – спокойно отметил, наблюдая, как, наконец, подгоняют моё ландо.
– И как ты ею воспользуешься? – это был важный вопрос. Ответ на него должен был стать последней каплей в моём непростом выборе.
– Я даю тебе право самой
– Звучит заманчиво, – ухватившись ладонью за браслет, я взглянула на него, после чего решительно сняла каффы и протянула их.
– Зачем?
– У каждого должен быть выбор. Только он определяет наше будущее. Держи, они твои! – Шейд задумчиво провёл по ним пальцами, словно узнавая, а после крепко перехватил.
К моему горькому сожалению, он не отказался.
Больше я не стала задерживаться. Всё, что нужно было мне от этого вечера, я получила. Ответы на незаданные вопросы прозвучали, отчего моё сердце болезненно сжималось.
Напоследок кинув взгляд через плечо, я увидела, как он шагнул в привычную тень, сверкая взглядом. Помимо него тень предпочитали и скользящие в ней мальчишки. Ресторан, полный богачей, – чудесное место, чтобы поживиться!
Стегнув лошадей, я решительно направилась к дому.
В отличие от ресторана Вермонта, у меня было тихо, Хелен давно отпустила поваров с официантами и выключила на первом этаже свет. Кинув ободряющий взгляд охраннику, я неспеша поднялась по лестнице.
Спать не торопилась, ожидая поздних гостей. Но, кажется, помимо меня и Рейнир не ложился в кровать. Мужчина сидел там же, где я его оставила, в тяжёлом кресле около стола. Он отбросил прочь шейный платок, распустил ворот рубашки и осушил до дна бутылку моего лучшего напитка для гостей… только сон к нему не пришёл. Он безразличным взглядом сверлил стену напротив.
Остановившись на пороге, я с сожалением скривила губы. Мне было стыдно и за ложь, и за правду, но выбора у меня не осталось, я очень хотела жить, а значит, нужно было идти до конца.
– Рейнир, не грызи себя… Иди спать, – окликнула я его.
Дракон несколько раз моргнул, а после медленно повернул голову ко мне.
– Как с этим жить? Я не смогу…
– Сможешь! – оборвала его, делая шаг в кабинет. – Может, не сейчас, может, через месяц, а может, и через год ты переживёшь это и будешь благодарен себе за то, что смог! Ты – дракон! Сильное и благородное создание, если бы я только подумала, что ты придёшь к таким мыслям, то никогда не была бы с тобой честна. Я ведь обычная слабая человечка… которая смогла пережить всё, что со мной приключилось, и ты сможешь, Рейнир!
Оказавшись около него, я не была готова, что он схватит мою ладонь и уткнётся в неё лицом, вдыхая аромат. Со вздохом, другой рукой я неспеша коснулась прядей его волос. Тяжёлые и шелковистые, без единого секущегося кончика, они с лёгкостью скользили между моих пальцев. Я понимала, что он сейчас хватается за меня, замещает образ умершей Энессии, но и оттолкнуть не могла. Ему нужно обрести хрупкое равновесие; сорваться с обрыва жизни может любой, даже дракон.
Постепенно он выровнял дыхание, только после этого отпустив мою ладонь.
– Извини, – хрипло вырвалось из него.
– Ничего…
– Пожалуй, я пойду… воспользуюсь той же спальней, а завтра отправлюсь к брату.
– Это не обязательно, – поторопилась уверить его, – ты можешь оставаться здесь столько, сколько пожелаешь.
Он с сомнением посмотрел на меня, но ничего не ответил, после чего медленно направился к себе. Я же, оставшись одна, зябко повела плечами. План, что приводила в жизнь, был по-настоящему рискованным. Когда ты остаёшься один на один с собой, нет причин врать. Страх холодной змеёй скользил у меня под кожей.
Потушив свет, я направилась в единственную освещённую комнату в этом доме – в мою спальню. Горничная давно спала, и я её будить не стала, медленно подойдя к окну. Во мраке ночи мне показалось, что кто-то наблюдает за мной из дома напротив.
Не спеша скинув платье и распустив волосы, я потушила свет, а после стала рьяно приводить постель в надлежащий вид: пара подушек под тонким одеялом создавали образ спящего человека.
Тонкая шёлковая ночнушка была на ощупь заменена на бриджи и рубашку, которые не сковывали движение. И только после этого я заняла кресло, что стояло в углу комнаты. Из него были прекрасно видны и окна, и дверь. А ширма, что стояла рядом, умело скрывала меня от улицы.
Подтянув ноги к себе, я задумчиво положила подбородок на колени, ожидая того, кто ко мне заглянет. Сердце стучало уверенно и быстро, нетерпеливо разгоняя кровь по венам, хоть я бы предпочла сейчас стремительно метаться по комнате, но вместо этого силой воли удерживала себя на месте и ждала.
Я делала ставку на окно, потому удивлённо вскинула голову, когда скрипнула дверь.