– Тебе что жалко? – я впервые вижу на его лице такое раздосадованное выражение.
– Нет, просто это вредно.
– Серьёзно?
– Ага. Для почек.
И я вкратце рассказываю ему историю из своего детства. Он слушает с открытым ртом, а затем сплёвывает остатки травы.
Раварта приносит мне миску. Горячий металл тонких стенок жжёт руки, но я стараюсь не обращать на это внимание. Похлёбка из сухих овощей, каких-то грибов и чего-то ещё мне кажется просто восхитительной. Внутренности наполняются энергией тёплой пищи.
Тод подсаживается к нам с Равартойю Он угрюм, в прочем, как большую часть времени, но сейчас особенно. Мне хочется расспросить у Тода про остров. Но в таком случае придётся сознаться, что я подслушивал разговор Митчела и Нори. Вряд ли из Тода что-то можно сейчас выцепить. Меня вообще не должны касаться Митчела, но остров, о котором идёт речь может как-то повлиять на судьбу всей планеты, а значит, и мою тоже. Следовательно, я имею полное право узнать о чём идёт речь. Я жду пока он поест и в его мозге повысится уровень серотонина. После этого он должен стать сговорчивее.
– Тод, эм…в общем я тут кое-что услышал от Митчела, – начинаю я осторожно, когда он елозит кусочком хлеба по влажной стенке опустошённой тарелки.
– Да? – не отрываясь от процесса, спрашивает Тод. – И что же?
– Он говорил про остров, который… эм, может перезапустить природу.
Тод давится, и несколько крошек вылетают из его рта, приземляясь прямо на края металлической миски. Он явно не ожидал от меня подобной реплики. Раварта наблюдает за ним. Она ждёт его реакции.
– Говорят, что есть остров, на котором… - он ещё раз прокашливается, прикрывая на этот раз рот ладонью, – на котором остались тропические нативные виды.
Я удивляюсь тому, как он спокойно об этом рассказывает. Почему? Он стал мне доверять?
– Я там никогда не был, но говорят, что он где-то за океаническим проливом неподалёку от южного региона Саус Гав. Я слышал, что на острове могут быть исходники всех видов теплолюбивых растений и животных.
Мои глаза расширяются от удивления настолько, что начинают слезиться. Мошкара тут же стремиться сесть на нижний ободок глаза.
– Но я воспринимаю это скорее как легенду. Если бы такой остров был, мы бы уже знали об этом.
– Но Митчел говорит так, будто уверен в этом, – возражаю я.
– Он тебе сам об этом сказал?
– Нет, – я краснею и опускаю глаза. – Я подслушал, почти случайно, – сознаюсь я.
– Почти? – усмехается Тод. – Ну-ну… Я бы лучше сосредоточился на реальных вещах, чем на поиске неизвестно чего, – с этими словами он встаёт и идёт помочь собрать печи.
– Что тебе известно об острове? – Раварта придвигается ко мне ближе и берёт за руку.
– Да совсем немного.
Я рассказываю, как услышал разговор Митчела с Нори, и как захлопнулась дверь почти перед самым моим носом.
– Да уж. Они прям как церберы сторожат эту тайну, – она качает головой. – Нори ничего не говорит толком.
– Как и вы с Тодом, – насупившись, говорю я.
– Мы уже об этом беседовали, Трэй и я тебе сказал, что всё, что знаю и могу, тебе рассказываю.
– Это называется манипуляцией, Рав! – срываюсь я. – Когда человеку говорят, что делать, но не договаривают – им манипулируют!
– Ты сам сделал свой выбор!
– Если бы ты меня не затащила в Плодородие, я бы его не сделал! У меня его и не было. Выбора!
Абиг встаёт на ноги и отходит от нас, испугавшись, что услышит что-то ненужное.
– Что ты за слюнтяй, Трэй! Вечно всего боишься и осторожничаешь! Ты бы так и прожил всю жизнь в угоду корпорации, сытый и довольный.
– Не смей так говорить! Я никогда не жил в УГОДУ корпорации! – я ору и теперь все смотрят на нас.
– А что ты делал??? – она выкрикивает, разворачивается и отходит.
– Вы все ничем не лучше корпоратов! – вырывается у меня ей в спину. – Только и думаете, как решить свои проблемы.! Откуда мне знать, может у Митчела просто свой бизнес, и он делает на нас деньги?!
Тод подбегает ко мне, подтягивает к себе с земли и начинает яростно трясти.
– Заткнись, Коулман! Ты ничего не знаешь толком!
– А ты и ничего не рассказываешь!
– Потому что тебе нельзя ничего рассказать, – его лицо перекошено злобой.
– Это вам с Равартой ничего нельзя рассказывать!
Он трясёт меня ещё сильнее, пока я не плюю ему в лицо.
– Оставь его! – раздаётся сзади голос Хенрика.
Я и забыл, что он с нами.
– Не суйся!
– Он хороший человек и не заслуживает такого обращения.
Тод бросает меня на землю, и я больно ушибаюсь головой о ствол ели.
Я вижу, как Тод замахивается на Хенрика, но тут подходят Алекс и Абиг. Я знаю, что они готовы вступиться за меня, несмотря на то что Тод вроде, как и за главного. Тод пинает ногой мох и отходит в сторону. Алекс и Абиг помогают мне подняться. Резь в ноге. Рана опять начала кровить через посеревшую от влаги и мха повязку.
Я прошу друзей отпустить меня и иду в сторону Тода.
– Когда мы выйдем из леса, – говорю я, переполненный перкипевшей досадой, – мы разделимся. Я не хочу иметь дел с людьми, которые мне не доверяют.
– И что ты поплетёшься один? – с нескрываемым сарказмом в голосе спрашивает Тод.
– Да.
– Ну и проваливай, маменькин сынок.
