В этот же момент начинается бой с удара Хенрика. Тод не медлит с ответом. Несколько встречных ударов. И тут Хенрик, разворачиваясь на три шестьдесят вокруг своей оси, бьёт Тода с ноги. Тод не успевает перехватить слишком резкий удар.
– Ага, он хорош, – говорит Алекс, видя, как я заворожённо наблюдаю за ходом боя.
В течение почти десяти минут никто из них не наносит ни одного удара – у обоих отличная защита. Оба примерно равны, но интуиция в этот раз всё-таки подсказывает мне, что Тод выйдет победителем. Спустя несколько минут Тод пробивает защиту Хенрика, и тот получает удар в челюсть, а потом ещё в живот. Хенрик трясёт головой, пытаясь прийти в себя. Видно, что он сбит с толку.
– Давай, Хенрик, давай! Наваляй в ответку! – доносится женский голос откуда-то от левой стены.
– Кто это? – спрашиваю я Алекса.
– А, это Левия. Воздыхательница, утю-тю, – шутливо произносит он.
– В смысле, его девушка?
– Ага. Они вместе к нам попали.
– Откуда?
– Ну, оттуда же, откуда и ты, – смеётся Алекс.
– Может, вы агитацию какую-то проводили?
– Смеёшься? Ты же вроде не дурак. Какая агитация? Люди только друг от друга узнают о лагере восстановителей.
Через полчаса прямо в помещение Раварта приносит обед, завёрнутый в несколько бумажных пакетов. Включается свет. Мы все садимся на скамейку.
– Ты с нами? – спрашиваю я у Раварты.
– Нет, прости, обещала ещё помочь Нори, – торопливо отвечает она, проводя рукой по моей больной щеке. Её брови недовольно хмурятся, и она кидает быстрый взгляд на Тода, который уже жуёт хлеб. Она прекрасно знает, кто мог нанести такой удар, я замечаю, как Раварта поджимает губу. Но в следующую секунду, почувствовав, что я поймал ее взгляд, она натягивает улыбку.
– Приятного аппетита, присмотри тут за ними, Левия, чтоб не переубивали друг друга, – говорит она.
– Хорошо, подруга. Я как раз просила Хенрика навалять Тоду, – смеётся Левия. Её каштановые волосы с высветленными прядями мягко колышутся. А орехово-карие глаза добродушно поглядывают на Хенрика. Я обращаю внимание, насколько у Хенрика широкие скулы и мощная шея. Каждая его рука, вероятно, с две моих. Его глаза отливают морским синим оттенком. Я тихо завидую его атлетической фигуре. Таким надо родиться.
Раварта снова смотрит на Тода, разворачивается и быстро уходит. Он её словно не замечает. Я распаковываю бумажный свёрток и достаю сэндвич с огурцом и сыром. Желудок отзывается интенсивным урчанием.
После импровизированного обеда мы упражняемся в метании ножей в резиновые мишени в форме силуэтов людей. Мишени стоят у стены справа от скамейки, метрах в пяти от нас. До этого они были развёрнуты обратной стороной, и я не обращал на них внимания.
Нужно попасть в красный кружок в области сердца и в два фиолетовых, там, где глаза. Я обхватываю холодную поверхность лезвия и, заведя руку за спину, выбрасываю кисть вперёд и вниз. Нож застревает в плече мишени, у самого края. Еще несколько бросков. Я никогда раньше не метал ножи, но, к своему удивлению, ни разу не промахиваюсь мимо мишени. Тод берёт один из ножей, вкладывает мне его между пальцев и, заведя мою руку за спину, направляет мой бросок.
– Целься ниже, – спокойно, но твёрдо произносит он. – Не надо сразу в голову. Лучше научиться сперва чётко вводить нож в нижние части мишени, а затем постепенно подниматься вверх. На этой дистанции прихватывай за две трети лезвия. Понял?
– Да.
– Вперёд!
Я следую его советам. Через сорок минут от усталости ломит руки, но есть несколько успешных попаданий почти в центр туловища мишени. Алекс вонзает остриё в красный кружок. Следующие несколько ножей он вгоняет прямо в середину лба резиновой мишени. Я хлопаю ему, он довольно улыбается. Хенрик ножи не бросает. Он о чём-то воркует с Левией. Временами она ему улыбается. Снор куда-то исчез. Спустя ещё час Тод задвигает мишени, собирает ножи в металлический ящик и уносит его за один из шкафов.
– Всем спасибо за тренировку, – громко произносит Тод. – Кто хочет, может продолжить.
Моя футболка приклеилась к спине. Щека совсем распухла. Я думаю о том, чтобы добыть что-то холодное. Переодеваюсь. Рядом плюхается Хенрик.
– Так значит, ты тот смелый парень, что залез в институт?
Я снова думаю, что Раварте неплохо было бы зашить рот.
– Вряд ли смелый, скорее безбашенный, – отшучиваюсь я.
– Ну, на безбашенного ты не похож, – улыбается Хенрик.
– Иногда теряю над собой контроль, – снова пытаюсь пошутить я.
– Как и все мы, – он хлопает меня по плечу и переключается на развязывание шнурка на кроссовке.
Я стараюсь переодеться побыстрее. Закончив, протягиваю руку Алексу, затем Хенрику. Иду к стене со шкафчиками и прощаюсь с Тодом. Его рукопожатие крепкое и горячее.
– Завтра в одиннадцать здесь же, – говорит он.
– Хорошо.
