Ставлю фотографию на кофейный столик, иду на кухню и открываю холодильник. Пусто: пара лотков с едой навынос и бутылка кетчупа. На гранитном островке разложены брошюры, папки и другие красочные рекламные материалы. Открываю одну из папок: там стопка информационных листовок по дому престарелых.
Если в спальне мне было жарко, то, выйдя из дома, я буквально врезаюсь в стену горячего влажного воздуха. Смотрю направо, потом налево: вокруг море совершенно одинаковых домов.
– Доброе утро, Лена!
Смотрю направо: с крыльца одного из домов мне приветливо машет пожилая женщина в халате и бигуди. Ей лет под семьдесят, может, больше – сложно сказать.
– Адское пекло! – обмахиваясь веером, добавляет она, когда я подхожу ближе.
– Да уж, – отвечаю я, обливаясь потом.
– Милая, я только хотела сказать, что мы с Бобом счастливы быть инвесторами в «Дэнбери», – с радостной улыбкой говорит она.
Я киваю, вспомнив о рекламных брошюрах на кухне.
– У него больная спина, а у меня больное бедро. – Старушка показывает на свое бедро. – Нам не терпится побыстрее заехать! Подумать только, вы выбрали нас! Уж не знаю, как вас благодарить! Вы уж передайте своему чудесному мужу, что мы очень благодарны!
– Обязательно, – с нерешительной улыбкой говорю я, изо всех сил пытаясь понять, о чем речь.
– Кстати, – не унимается она, – видела в городе ваш новый рекламный щит.
Я непонимающе смотрю на собеседницу.
– Прямо в центре города. – Она жестом показывает кавычки и продолжает: –
– Спасибо, – натянуто улыбаюсь я. – Еще увидимся!
Жму на кнопку автомобильного ключа, и мне коротким сигналом отвечает «Мерседес»-внедорожник с флоридскими номерами. Сажусь на водительское кресло и вбиваю в навигатор: «Ювелирный магазин Дженсена». Врубив кондиционер на полную, еду в центр города… и ударяю по тормозам при виде огромного рекламного щита, о котором говорила Эллен.
На щите я в ядовито-лиловом брючном костюме, со скрещенными на груди руками излучаю уверенность с ослепительной фальшивой улыбкой на лице. Я съезжаю на обочину и перевожу дыхание. Черт, я выгляжу как нечистый на руку юрист. Мне до боли стыдно, но я заставляю себя взглянуть на щит внимательнее. «
Ювелирный магазин прямо впереди, и я заезжаю на свободное парковочное место у входа.
– Добрый день! – здороваюсь я с женщиной на кассе. – Я за кольцом.
– Да-да, – кивает она. – Я вас узнала по рекламным щитам. Вы супруга Деррика Лестера, верно? – спрашивает она, глядя на меня с любопытством.
Я удивленно киваю.
Женщина исчезает в подсобном помещении и вскоре возвращается с черной бархатной коробочкой.
– Мы все исправили. – Она открывает крышку, демонстрируя мне вычурное золотое кольцо с огромным бриллиантом. – Теперь камень надежно закреплен. Металлические лапки вас больше не подведут.
– Ничего себе! – невольно вырывается у меня, когда я надеваю кольцо с этим булыжником на палец.
Такие алмазы увидишь разве что в лондонском Тауэре на королевской короне.
– Спасибо, – произношу я, пытаясь оправиться от шока. – Сколько я вам должна за ремонт?
Напряженно глядя на меня, женщина за прилавком мотает головой.
– Что вы, ваш супруг обо всем позаботился!
– Хорошо. – Я просто не в силах оторвать глаз от исполинского бриллианта на моем пальце. – Что ж, всего доброго.
– Мэм!
– Да?
Она пристально смотрит мне в глаза, затем открывает рот, будто собираясь что-то сказать, а потом качает головой и произносит:
– Нет, ничего. Просто… надеюсь, вы довольны нашей работой.
– Конечно, – уверяю я. – Еще раз спасибо!
Уголки ее рта механически ползут вверх, складываясь в улыбку.
