– Все в порядке, – говорит Деррик, мягко касаясь ее руки. – Мы увидимся с Ларри в следующий раз. Я заеду через пару дней, чтобы записать все ваши пожелания насчет коттеджа.
Он убирает в портфель подписанный старушкой договор и, красноречиво глядя на меня, произносит:
– Миссис Кэмпбелл, нам пора. Работа не ждет. Я с вами свяжусь, хорошо?
– Конечно, дорогой, – отвечает она.
На улице Деррик дает волю радости: он, словно нападающий, который только что забил гол.
– Ты можешь себе представить?! Лена, я серьезно! Знаешь, сколько стоит этот особняк?
Я в оцепенении мотаю головой. Зато у Деррика вид триумфатора.
– Минимум пять миллионов! – заявляет он, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.
Я оборачиваюсь на обветшалое строение и чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Нестерпимо хочется вымыть руки – или пусть уж меня вывернет. А может, и то и другое.
– Шесть гектаров! – Деррик с безумным взглядом вертит головой по сторонам, что-то прикидывая, высчитывая. – Это же минимум тридцать участков. Тридцать коттеджей. Целый поселок! Девелоперы умрут от зависти!
Я задумчиво смотрю вперед. Все это неправильно.
– Не знаю, Деррик. В здравом ли уме миссис Кэмпбелл, чтобы принимать столь серьезные решения? И как же Ларри?
– Малыш, Ларри умер в
– То есть ты ее обманул?
– Нет-нет, – спешно уверяет Деррик. – Конечно нет. Послушай, если ей спокойнее от мысли, что Ларри жив, зачем усложнять ситуацию?
Он обнимает меня за талию и с ласковой улыбкой добавляет:
– Дорогая, у тебя по-настоящему доброе сердце. Меня восхищает, что ты всегда переживаешь за других, но пойми, мы сейчас оформили огромную сделку, а старушка наконец выберется из старой лачуги. Мы помогаем ей, а она – нам. Все в выигрыше.
Деррик достает из портфеля подписанный договор и пачку других бумаг.
– Малыш, у меня сегодня сплошная беготня. Подпиши от лица второй стороны, пожалуйста, и отошли на заверение Кристине.
– Погоди, – ошарашенно говорю я. – А в других документах что?
– Так, юридические формальности. Главное, не забудь сегодня же выслать
Не дав опомниться, Деррик быстро целует меня в щеку и уходит к своей машине.
Он умчался на своем «БМВ», а я до сих пор стою возле машины, переваривая случившееся.
Читаю договор, который мне вручил Деррик, просматриваю остальные документы – «юридические формальности». Годы работы в финансовой сфере научили меня разбираться в договорах. И я вижу, что это договор купли-продажи. Погодите, миссис Кэмпбелл только что переписала свой дом, свою собственность, на нас в обмен на «пентхаус» в немеблированном поселке для престарелых? Ерунда какая-то.
В самом низу страницы мелким шрифтом напечатан адрес некой фирмы на Багамах.
По дороге опять набираю номер Фрэнки. Безуспешно. Что ж, не удивлена, моя подруга упрямая. В голове все еще звучит ее голос – такой холодный и чужой, будто мы не знакомы. В чем бы ни была причина нашей размолвки, она явно весома. Я с ужасом думаю об обстоятельствах, которые привели к подобному исходу.
Через несколько километров пути вдоль непримечательной трассы по указанию навигатора съезжаю на извилистую дорогу, по обеим сторонам которой растет болотная трава – и слева, и справа трясина.
Прибыв на место, я не верю своим глазам. Это и есть будущий поселок «Дэнбери»?! Никакой деятельности, никаких строительных кранов со стрелой и уж точно никакого розария здесь и в помине нет. Лишь где-то вдалеке стрекочут цикады. Вспоминаю фразу Деррика:
У меня мурашки бегут по коже. Это же самое настоящее мошенничество! Сколько еще доверчивых людей переписали на Деррика свои дома, отдав все, что у них есть? Закрываю ладонями лицо, вспомнив об Эллен, которую я видела на крыльце соседнего коттеджа. Деррик просил меня расписаться в договоре и отослать документы нотариусу. Значит, я в этом деле не постороннее лицо! Мне тошно от мысли, что я сегодня участвовала в этой грязной схеме и даже хуже – догадывалась обо всем с самого начала, но промолчала. Неужели в нынешней жизни я помогаю Деррику проворачивать аферы?
Полная отвращения к себе, я рассматриваю в зеркале заднего вида шрам под глазом. Из-за сильной влажности консилер почти сошел. Если Деррик обманул престарелую женщину, очевидно, он запросто может обманывать и меня.
Снова набираю номер Фрэнки, только теперь не звоню, а пишу текстовое сообщение:
