Я решаю пропустить мимо ушей слова
– Да! – Сияя от радости, окидываю взором кристально чистое море с россыпью островов до самого горизонта. Какие-то острова покрупнее, со скалистыми берегами и белыми песчаными пляжами. Другие совсем крошечные – просто камни, торчащие над поверхностью Эгейского моря.
Сколько раз я говорила Кевину, что мечтаю съездить на греческие острова? Сто? Тысячу? И конечно, он всегда находил
– Любимая, ты еще не переоделась? – Сильные руки Дела поворачивают штурвал. – Мы в паре узлов от места. Мне понадобится твоя помощь убрать паруса.
Помощь?! Очевидно, у меня большой опыт хождения под парусом. Однако хотя я всю жизнь ездила на пароме, насчет парусных лодок я полный профан! Все, что я знаю, это «полундра!» и «свистать всех наверх».
Спускаюсь в тесную каюту, где проснулась утром, и роюсь в ящиках и шкафчиках. Безуспешно. Нужно найти купальник – и, наверное, полотенца. Несколько минут спустя проверяю ящик под кроватью. Там обнаруживается все необходимое. Достаю бикини нежно-голубого цвета и критически смотрю на узенькие полоски ткани.
– Наконец-то! – кричит он. – Ветер усилился. Я займусь стакселем, а ты отдай якорь и побыстрее!
– Отдать якорь, – тупо повторяю я, изумленно глядя, как Дел лезет на мачту и завязывает разные веревочки.
Ладно, будем рассуждать логически: где может быть якорь? Я иду на нос лодки – туда, где руль и приборная панель, – оглядываюсь вокруг, но ничего не понимаю. Там все какое-то незнакомое.
– Лена! Что ты делаешь? Мы слишком близко к берегу! Якорь! Срочно!
С бешено колотящимся сердцем я перебираю разные рычаги. Что я ищу? Кнопку? Лебедку? Да, лебедку! Вот она! А вот и
– Ну вот, отлично! – хвалит с капитанского мостика Дел.
– Лена! Трос на стопор! – опять командует он.
Я застываю, не понимая ни слова.
– Быстрее! Нас сносит!
– Прости, – смущенно говорю я, падая в капитанское кресло и потирая руку. – Кажется, у меня мышцы свело.
– Все хорошо, любимая. – Он показывает вперед, на уединенную бухту с чистейшей синей водой. От вида просто захватывает дух. – Искупаемся?
Дел кладет темные очки на приборную панель, и я следую за ним на самый нос яхты. Он с улыбкой берет меня за руку.
Смотрю вниз на воду, и сердце начинает биться чаще.
– Что-то я не уверена… Высоковато для прыжка.
Дел весело смеется.
– Погоди, что? Моя жена, матерый морской волк, и вдруг
Он ухмыляется и, подталкивая меня к краю палубы, щекочет мой бок. Я со смехом уворачиваюсь, мы оба падаем за борт и с головой уходим под воду. Вынырнув, я судорожно ловлю ртом воздух и откидываю волосы от лица. Дел делает вдох и снова ныряет. А через некоторое время появляется над водой, чтобы глотнуть воздуха.
– Осьминога видела? – восторженно спрашивает он.
Не успеваю я вспомнить, опасны ли осьминоги, как Дел снова погружается. И через несколько секунд всплывает с добычей: в руках у него доисторического вида существо, дотрагиваться до которого мне совсем не хочется. Я держусь на расстоянии, а Дел забрасывает несчастное головоногое на заднюю палубу и ныряет еще раза три.
– Поймал! – гордо объявляет он, показывая свой улов. – Закуска на ужин.
Я невольно восхищаюсь тем, сколько Дел знает о море. В отличие от меня. Да, я с детства плескалась в заливе Пьюджет-Саунд, но это совсем не то, что ходить под парусом в открытом море. Признаюсь честно, в глубине души я всегда боялась океана – меня страшит его мощь, загадочность и непредсказуемость. Но рядом с Делом я спокойна, его сильные умелые руки держат меня на воде. На миг мне становится легко, я чувствую себя невесомой.
– А теперь в душ, переодеваться в форму и на Санторини, – объявляет Дел, пока мы вытираемся полотенцами на палубе. – Хочу убедиться, что у нас все готово к заходу в порт.
– Ты же знаешь, что за капризный народ – богатеи из Англии, – добавляет он, делая гримасу. – Неделя нам предстоит непростая.
– Понятно, – нервно говорю я и отправляюсь вниз принять душ.
