В общем, местная власть как бы выказала свое расположение. Но Виктор Павлович мудро предпочел взять единственно на себя желание оповестить друзей.
— Я, естественно, решил вам рассказать, откуда ветер дует и почему на вас наехали. Предупредить.
— Спасибо, Витя, удружил. За мной должок. — Аскеров, поблагодарив, замолчал. Задумчиво приподнял широкие, почти сросшиеся над переносицей брови. — Но знаешь, что мне непонятно, Витя… Почему этот Иван к тебе пришел? Не к Яше, не ко мне…
За Павловича ответил Чудов:
— Мне кажется, Али, он выбрал человека, у которого, прости, Витя, меньше шансов. Ты ведь не смог бы в одиночку осилить тендер?
— Не смог бы, — согласился Замятин. — Но я над этим работал.
Аскеров ухмыльнулся:
— Конечно, работал. Потому-то тебе и предложили помощь. Расскажи об этом Ване. Что за фрукт?
— Серьезный тип, — Замятин помрачнел, — лет сорока с небольшим, блондин, высокий, выглядит солидно. Костюм и машина с водителем — на уровне. Но главное, ребята, от него уверенностью веет. Силой. Знаете, такой «я всех куплю». Хотя стелет мягко. Толково объясняет ситуацию на пальцах, внушает, но не запугивает.
— Может, мошенник?
— Мошенник? — переспросил Замятин. — Предложивший мне выложить любую сумму по первому требованию для выигрыша тендера? Нет, ребята, противник он серьезный, настоящий. И я, ясное дело, сливаюсь. Вы — думайте.
— Спасибо, Витя, — поблагодарил на этот раз Чудов. И выразительно взглянул на Аскерова. — Что думаешь, Али?
— А что тут думать, — ощерился Аскеров. — Чтоб я какому-то… прохиндею кусок за просто так отдал?! Да я…
— Можно мне добавить? — перебивая, попросил Замятин. — В разговоре с Иваном у меня сложилось впечатление, что вас обоих он все-таки считает сильными конкурентами. Но полностью уверен, что поодиночке он каждого из вас раздавит, а вместе вы никогда не выступите и не выстоите против Москвы.
— Уверен, значит? Полностью? — Али переглянулся с Чудовым.
— Да. Когда я высказал предположение, что кто-то из вас вполне-вполне осилит тендер, он сказал дословно так: «Аскеров или Чудов в одиночку против нас? Нет. Противников, которые грызутся и подножки друг другу ставят, нельзя воспринимать всерьез. А поодиночке мы их сомнем». И напомнил мне легенду о тигре, льве и хитрой обезьяне на дереве. Догадываетесь, кто здесь кто?
Из загородного клуба Яков Борисович и Али Мурадович возвращались на одной машине, в БМВ Аскерова. «Мерседес» Чудова тащился следом, так как Али Мурадович попросил своего шофера не торопиться.
Первое время мужчины молчали. Каждый обдумывал, прокручивал полученную информацию в полной тишине, нарушаемой лишь едва уловимым и приятным шелестом движения автомобиля.
Молчание нарушил Чудов:
— Что будешь делать, Али?
— С женой мириться, — буркнул тот.
— Да-а-а… на тебя свалилось больше… грязи.
Произнеся это, Яков Борисович попытался представить, как повернулась бы встреча непримиримых сторон, если бы Мурадовича не пришибли семейные проблемы. Али выглядел, прямо сказать, растерзанным. Рубашка, кажется, не совсем свежая…
— Прости за вопрос, Али, но ты где ночуешь? Дома или в гостинице?
— Как же. В офисе! Секретарша постукивает Зумрун, я через нее втираю про свое раскаяние. Каждое утро грязные носки по кабинету разбрасываю!
— На жалость давишь?
— Ну.
— А почему секретаршу-стукачку не уволил?
— А на фига? Зумрун и следующую подкупит. Эта хоть доверчивая, дурочка. Да и вообще, знаю — значит, вооружен. Могу использовать ее уши для слива дезы. Поверь, Яша, это очень удобно.
— Возьму на вооружение, — соврал Борисович. Он в своем офисе доносчика не потерпел бы. Нечистоплотность любого рода его нервировала. — Я вот о чем хочу спросить, Али. Ты Витю знаешь лучше, не мог он приукрасить впечатление от встречи с этим Ваней?
— Типа замандражировал? — Аскеров сел полубоком к Чудову. — Нет, Яша. Витя крепкий перец, не смотри, что шейные платочки любит. Глаз у него — алмаз. Верняк. Если сказал, что наезд серьезный, то, значит, так и есть. А еще надо помнить, что информацию его Васильевич умеет добывать.
— Согласен. Витя не мог слиться просто так. Но имеем право предположить, что он нам и половины правды не сказал. Что будем делать?
Али Мурадович обратил внимание на «будем». Шлепнул ладонью по колену и произнес:
— А ничего пока. Чай, Яша, не девяностые! Наехали на нас, конечно, грязно, но согласись, что
Яков Борисович поморщился.
— Нет, Али, я не согласен. Действовать надо быстро. Предлагаю начать с мэра, думаю, ему не сильно нравится, что в его городе кто-то расшалился. Потом, при его одобрении, подключим СМИ… Подсветим грамотно твою историю, мол, на тебя давят, инсценируют всякие гадости…
— А может быть… — Али Мурадович задумался, — начнем с Зумрун? Про гадости… Ты можешь, Яша, с ней поговорить и подтвердить, что меня подставили? Я уже ей сказал, что Кристинка — дочка моего партнера из Молдавии…
— Ты эту дочку целовал, — напомнил Чудов.
— Так не взасос же! Ну, бросилась девчонка мне на шею, ну, чмокнул я ее в щечку пару-тройку раз…
