Он отстранённо поставил подпись на формуляре и почти забыл о выезде, это было обычным делом и он не придал ему никакого значения. Но через две недели в кабинет ворвался срочный пакет. Первая строка сразу вернула его к реальности:
«ИМА. Восточный. Потери: 2. Состояние группы: нестабильное. Инцидент: встреча с Хозяйкой. Видео во вложении.»
Громов включил файл — и молча досмотрел до конца. Там не было ни спецэффектов, ни театра. Крапивин, весь в грязи и крови, стоял посреди выжженной поляны и остатков разломного леса, напротив него стояла Хозяйка во второй форме, а со всех сторон к Николаю стягивался огонь. Вот он формирует копьё, вот свое Черное Пламя вливает в его атаку Пожарская и он без труда перехватывает над ним контроль. Пара мгновений и вот уже Босс Разлома разлетается на части от масштабного взрыва ее ядра.
Он выключил видео, откинулся в кресле и долго смотрел в потолок. Потом произнёс, медленно, негромко:
— Ну, что же, теперь нет никаких сомнений. Это он.
А спустя двое суток, когда Крапивин уже готов был к выписке из медпункта Академии, на его личный терминал пришло сообщение. Без эмблем, без префиксов. Только имя:
Сергей Пожарский. А внутри — всего несколько строчек:
Громов долго не отвечал, просто сидел обдумывая перспективы. Видимо информация о парне всё-таки утекла на сторону. Но он сумеет извлечь из этого выгоду. Он взял в руки телефон и набрал короткий ответ:
Ровно в десять утра дверь распахнулась — на этот раз по всем правилам, с вежливым стуком, лёгким щелчком замка и аккуратным движением ручки. Вошёл мужчина лет сорока пяти, высокий, подтянутый, в дорогом тёмном костюме без единого изъяна. Чёрный сюртук с бархатной отделкой, перстень без камня, только выгравированный Родовой герб на щитке. Волосы чуть тронуты сединой, лицо спокойное, будто выточенное, взгляд — цепкий, внимательный. Говорить он пока не спешил.
Громов поднялся из-за стола, сделал несколько шагов навстречу.
— Сергей Леонидович. Рад видеть.
— Михаил Владимирович, — чуть кивнул гость. — Я, как и обещал. Без свиты, без охраны, без театра. — он слегка обозначил улыбку.
— Другого от вас, я и не ждал, — сухо усмехнулся ректор. — Присаживайтесь.
Они устроились напротив друг друга. Пожарский снял перчатки, положил на стол тонкий конверт. Не протянул — просто положил. Громов взглянул, но не коснулся.
— Сразу к делу? — спросил он.
— Думаю, мы оба не из тех, кто любит ходить кругами.
— Тогда спрошу прямо. Откуда узнали?
Пожарский чуть пожал плечами:
— Стареете, Михаил Владимирович. Ответ же лежит на поверхности. — он снова слегка улыбнулся. — Моя дочь учится с ним в одной группе, естественно она не могла не заметить подобного молодого человека.
Пожарский внимательно посмотрел на Громова, а потом улыбнулся по настоящему.
— Скажу по секрету, Миша, но моя дочь чертовски заинтересовалась парнем. Я узнал об этом позже, но копать под него она начала еще с первого дня в Академии. Не знаю чем он ее зацепил, но я доволен подобным исходом.
— Разумеется, еще бы ты был не доволен. — Громов наконец взял конверт, приоткрыл, пробежал глазами. Внутри — выдержки, аналитика, фрагменты наблюдений, почти всё, что он и сам уже знал. Почти. — Кто делал подборку?
— О, появился у меня один талантливый паренек. Пока только стажёр, но обещает стать отличным аналитиком. Думаю, ты бы его оценил.
— Верю. — Ректор закрыл конверт и отложил в сторону. — И всё-таки. Что тебе нужно, Сережа?
Пожарский на мгновение задумался. Впервые за разговор он отвёл взгляд — в сторону окна, где за резными створками шёл утренний снег.
— Убедиться, что мы оба понимаем, что за сила проснулась в этом мальчике. И что действовать нужно аккуратно. Не давить. Не ломать. Не использовать втемную. — Он снова посмотрел на Громова. — Я не прошу передавать его мне. Пока. Я прошу о встрече. Хочу с ним поговорить и узнать как много он о себе знает.
Наступила короткая тишина. В кабинете звенела она особенно отчётливо, как если бы стены сами слушали.
— Ты считаешь, он уже готов к разговору? — тихо спросил Громов.
— Нет, — спокойно ответил Пожарский. — Но если мы не дадим ему почву, он уйдёт в себя. Или — к кому-нибудь другому. Ты же понимаешь, насколько опасны оба варианта.
— Понимаю, — отозвался Громов. Он говорил почти шёпотом. — Хорошо. Будет тебе встреча.
Он нажал кнопку на внутренней панели связи.
— Ирина, вызовите ко мне Николая Крапивина из БФ-1-1. Срочно.
— Слушаюсь, Ваше Сиятельство, — отозвалась секретарша.
Пожарский в ответ на это лишь кивнул и поднявшись с места, вломился в бар своего друга доставая его лучший коньяк.
— Ну, а пока мы его ждем, предлагаю немного выпить!
