Мальдонадо видел над собой лицо Антонио: здоровое, широкое, глупое, подлое лицо; он видел его всего, здорового, сильного парня, свинью, у которой никогда не заговорит совесть; и вдруг Кике почувствовал, как туман застилает ему глаза…
— Ты с ума сошел, Антонио, ты убил его? — забеспокоился Пепико.
Антонио оглянулся.
— Не бойся, — сказал он приятелю. — Ничего этому придурку не сделается… Сейчас позабавимся с девчонкой, а он пусть наблюдает…
Кике плюнул снизу в лицо Антонио. Тот взревел, но Кике лягнул его ногой так, что Антонио упал в нескольких шагах дальше.
Исабела издала истошный визг и укусила Пепико за руку. Тот застонал, но не отпустил девушку…
— Даже укус любимой приятен, Исабела.
Девушка с ненавистью смотрела на рок-музыканта. — Ты говоришь, что изменилась. Нет, Исабела, ты не изменилась, — Пепико шипел ей в лицо. — Толстых ног я не увидел, синих вен на них — тоже. Все остальное нe имеет значения, ты будешь моей…
— Мерзавец! — прошептала Исабела. — Вы что сделали с Кике?
Мальдонадо лежал на полу и стонал, держась за руку. К нему снова приближался Антонио. На этот раз в руке мерзавца был нож.
Вдруг из-за окна раздался звук, показавшийся Исабеле воем полицейской сирены. Антонио круто изменил свой маршрут и выглянул во двор.
— Черт, Пепико, полиция! Они сейчас будут здесь, уносим ноги! — он быстро спрятал нож в карман.
Пепико бросил взгляд на Исабелу и пробормотал: — На этот раз тебе повезло, крошка. Повторяю, на этот раз. Но я вернусь, тогда тебе и твоему дружку несдобровать…
— Пепико! — повторил Антонио.
Он был уже у двери. Пепико оттолкнул от себя Исабелу (она отлетела к стене, ударилась спиной и опустилась на пол) и побежал за приятелем.
Они быстро покинули общежитие, сели на мотоцикл и укатили. Едва мотоцикл скрылся за домом, как с другой стороны к крыльцу подъехала машина, за рулем которой сидел Горилла. Полицейская сирена была самодельным украшением подержанного драндулета, который принадлежал одному из студентов университета.
— Эй, Кике! — прокричал Мартин Рикельме, еще раз нажав на клаксон. — Полиция прибыла, как ты и просил!
Он посмотрел наверх, но из окна комнаты для молодоженов никто не выглянул.
— Вот образина, — вздохнул Мартин. — Для него стараешься, а он и спасибо сказать не хочет. Для чего ему полиция? Мотоциклист давно уехал…
Горилла даже не предполагал, как он выручил друга и его девушку…
…Слезы текли по лицу девушки. Она не могла поверить, что опасность миновала. До ее ушей донесся стон Кике. Исабела посмотрела в его сторону.
Юноша пошевелился. Исабела оказалась у него и попробовала приподнять.
— Как ты?
— Черт побери, Исабела. Кажется, мне сломали руку. Я не могу пошевелить ей…
Девушка посмотрела на руку Кике и вскрикнула от ужаса. Локтевой сустав был страшен. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: несчастному юноше нужна срочная медицинская помощь.
В комнату влетел Мартин.
— Что тут у вас?
Исабела показала ему на руку, Горилла присвистнул:
— Хорошо, что я взял машину. Да, дела…
Через секунду они уже мчались в город. Клиника находилась недалеко, они должны были доехать быстро…
Хорошим или скверным было то, что произошло? Конечно, воспоминания о той утренней драке не доставляли особой радости Кике. Однако в результате он помирился с Исабелой.
Его оставили в клинике на несколько дней. Врачам нужно было разобраться с локтем Кике. На все протесты Мальдонадо слышал:
— Парень, если тебе важно, чтобы рука двигалась так же, как и раньше, терпи.
— Но у меня экзамен! — пробовал возражать юноша.
— Экзамен можно пересдать, а руку надо спасать срочно…
Только на третий день Кике вышел из клиники. Его встретила Исабела.
— Ну и досталось тебе из-за меня, — виновато заметила девушка, нежно целуя Мальдонадо. — Теперь ты пропустил экзамен…
— Да уж, — отозвался Кике. — Ничего, уже почти не болит. Доктора говорят, что она будет двигаться как новая… После того, как снимут гипс.
Рука Кике висела на перевязи.
— Ладно, не унывай, — сказал юноша. — Все хорошо, кроме того, что на компьютере с такой скоростью пока не попечатаешь. Придется вспоминать, как писали до изобретения электронных штучек.
— Я подарю тебе гусиное перо! — подхватила Исабела.
Она увидела, что Кике в хорошем настроении, и улыбнулась.
Они не спеша пошли к университету.
— Сколько тебе пришлось заплатить за операцию? — поинтересовалась Исабела.
Кике недовольно наморщил нос.
— Нет уж, тебе я этого не скажу. Не то тебе захочется помочь мне с деньгами. А мне жаль твоего отца.
— Ха, у него же денег куры не клюют!
— Нет, Исабела, давай больше не будем на эту тему.
Я просто требую, чтобы ты больше не говорила об этом…
Дела не были так успешны. Кике сказал, что в Валенсии у него родственников нет, и что счет за операцию нужно предъявлять ему. Когда же сумма была названа, Кике пообещал заплатить в течение недели.
Пока он не звонил домой, и в Каракасе не знали о том, что произошло. Кике считал, что у Исамар своих забот хватает. Он хотел связаться с Гильермо, чтобы сперва обо всем рассказать дяде.
