Вдруг замок затрещал – дверь открыла она. Создательница чудища. Блудница какой только можно поискать. Вопросительно посмотрев на своего сына, даже с некоторой презрительностью, она запустила его в дом. Два близких по крови, но далеких по духу тела, безмолвно прошли в зал, и уселись на два зеленых кресла, стоявших друг напротив друга.
Комнаты не располагали особым убранством. Она никогда не убиралась в доме – всю обязанности по дому выполнял Николай, приходя уставшим с работы. Мебели было по минимуму, стены мертвецки голые. Вся квартира походила на дешевый номер в захолустном мотеле возле трассы – такой же пустой и на первый взгляд заброшенный. В прочем, какой хозяин, такая и квартира.
– Че приперся? – она пронзала своей ненавистью Бориса
– Вот ты как с сыном после долгой разлуки решила начать разговор, – с усмешкой произнес он, – чаю или воды на случай не найдется?
– Для тебя не найдется, – огрызнулась создательница, позабыв о том, кто сидит напротив нее, – ты нам с Колей жизнь испортил.
Ухмылка Бориса пропала с лица. Он не ожидал, что это существо начнет обвинять родного сына в собственных поступках. Сделав вид, что ему все равно, он продолжил.
– Так ты его все-таки любила?
– Нет, мне просто повезло найти хорошего парня, и я ухватилась за него, – из ее рта лилось столько желчи, что казалось, будто соседи этажом ниже уже утонули, – любила я твоего настоящего отца.
– Почему ты тогда не оставила моего отца и не начала отношения с Пашей?
Она замялась. Явно не хотела говорить о том, что могло бы выставить ее в нелицеприятном свете. Потупив несколько секунд в пол, она решилась сказать.
– Паша был на тот момент нестабилен, – она прятала глаза от Бориса как могла, – я не знала, что он будет представлять из себя через несколько лет.
Борис не испытывал к своей матери ничего кроме отвращения. Он понимал, что нужно попытаться ее простить, дабы не дать Богу повода для разочарования. Но одновременно с этим он не понимал, как отцу могла достаться такая расчетливая, холодная и меркантильная дрянь. Борис смотрел на ее лицо, старавшееся убраться от осуждения, и решил, что если он ее и не простит, то попробует повернуть всю ее суть в правильное русло, задуманное для нее мирозданием.
– Как-то быстро ты начала мне все рассказывать, – Борис встал с кресла, и направился к своей матери, – я думал ты еще по огрызаешься, – он подошел к ней, положил на ее плечо свою правую руку, – а тебя видимо никто кроме меня за все это время и не навестил.
Диана посмотрела на своего сына, который глядел на нее сверху. Ей было больно от того, что по итогу она потеряла все, что у нее было. Прямо как отец, она находится на пороге суицида, и не знает, что делать со всеми этими проблемами. Не выдержав равнодушного взгляда сына, она прижалась к нему, начала рыдать, дабы хоть как-то растрогать свою кровинушку.
– Прости меня!!! Прости меня!!! – Диана продолжала сквозь слезы проговаривать данную мантру, затем подняла голову и посмотрела на Борю, – не оставляй меня, Господи, не оставляй!!!
Борис никак не откликался. Ему было важно направить свою мать на путь света, дать ей совет, помочь. Прощение уже было не в приоритете. Он наклонился к своей маме, произнес одну фразу, после чего удалился из дома, направляясь к очередной цели.
Она осталась в квартире одна. С красными от слез глазами и приоткрытым после рыданий ртом она осмотрела все помещение, в котором она жила весь этот период несчастий. Закончив осмотр, она решила изменить себя. Она собралась в кой-то век поступить так, как того требуют обстоятельства. Она давно хотела увидеться со своим отцом, спросить у него, почему он поступил так с их семьей.
Выйдя на дряхлый балкон, она встала на парапет своими худыми как иголки ногами. Диана заприметила Борю. Он уже ушел далеко. Она не могла его позвать. Стоя на краю, всхлипывая от радости и благодарности за то, что грядет, Дина тихо произнесла:
«Я заставлю своего отца попросить прощения, Боренька, будь уверен»
Она закрыла глаза. Яркий луч света пробился сквозь осенние густые тучи, озаряя ее лик. С улыбкой на лице она отправилась искать своего отца. А там уж один Бог знает, где она смогла его все-таки найти.
Очередным из списка был биологический отец Бориса – Павел. После скандала со своей женой он переехал в загородный дом. Оно и понятно, ведь каждому после долгого труда хочется хотя бы на время залечь на дно в обнимку с природой.
Борис подошел к воротам. Они были высотой с два двухметровых человека. Желающему перелезть через них нужно было звать с собой амбалов на помощь. Увы из амбалов по близости были только охранники коттеджа. Обиталище было достаточно просторным, чтобы уместить в нем разом всю семью, состоящую из трех, а то и четырех поколений. Двор так же по своим просторам не уступал домине. Зеленый, по первому впечатлению искусственный газон, устилал всю территорию.
