— Статья тоже очень хорошая, — вернул он её мне. — Я и не сомневался, на самом деле. Уже когда мы вернулись в Москву, пересмотрел номера «Труда», какие дома нашёл, и наткнулся на статью про американку, что решила у нас остаться.
— Да, на прошлой неделе вышла, — кивнул я.
— Это правдивая история? — спросил он.
— Да, конечно, — уверенно ответил я.
— Хорошо, я спрошу по-другому. Там вся правда?
— Нет, — улыбнулся я. — А что именно вас насторожило?
— Лично я не увидел мотива для такого поступка, — ответил он.
— Я не знаю наверняка, мне об этом никто не говорил, но мне показалось, что там очень простой мотив — любовь.
— А я тебе говорил! — воскликнул он, победно улыбаясь жене. — Не всё там так просто! Человеческие отношения одной политикой не объять…
— В жизни вообще всё непросто, — улыбаясь, ответила Юлия Владимировна.
Ну да, мои статьи читают очень разные люди, и кое-кто из этих людей способен видеть и между строк… Кстати, надо узнать вообще, чем там закончилось у этой Анны?.. Были же у меня на нее определенные планы на будущее, вот и не надо терять ее из виду.
Надолго задерживаться не стал, всё-таки будний день, все с работы. Статью мою оба супруга одобрили. Попросил Алексея Яковлевича расписаться на всех трёх книгах, объяснив, что у меня семья большая и одной книгой нам никак не обойтись.
Несколько фото Юлия Владимировна оставила себе, а из оставшихся выбрала одно для газеты. Ждал, что они и негативы попросят, но это, видимо, ещё не распространено, и негативы остались у меня. Попрощался со всеми и отправился домой в полной уверенности, что не зря прожил этот день.
Вернувшись домой, хотел похвастаться перед женой автографом автора сценария таких известных всем фильмов, но у Галии было такое непонятное настроение, что я решил с этим повременить.
— И что у нас случилось плохого? — осторожно заглядывая ей в глаза, спросил я.
— Ты представляешь, эта гадина каким-то образом умудрилась поехать со мной! — воскликнула она, едва сдерживая натуральные слёзы ярости.
— Так, дорогая… Что за гадина и куда она с тобой поехала?
— Белоусова! В Бухарест!
— Ну я и не удивлен, если честно… Ну а что ты думала, она просто так запрос на тебя прятала?
— А-аааааа!!! — прорычала в ярости жена. — Не хочу, чтоб она ехала с нами! Она всё испортит!
— Милая, не расстраивайся так. За всё в этой жизни надо платить. А за поездку за рубеж тем более. Поверь, совместная командировка с неприятной тебе коллегой не самое плохое, что может в жизни случиться. Сконцентрируйся на том, что ты за границу поедешь, новую страну посмотришь…
— Всё равно не хочу!
— Обидно конечно, досадно, но ладно, — обнял я её. — Не трепи себе из-за неё нервы.
— У неё же муж в КГБ служит, — возразила мне жена. — Это, если она рядом будет, не купить ничего, ни продать, ни привезти…
Ну да, я же лично мою девочку просвещал насчёт товарно-денежных отношений с зарубежными гражданами, когда в ГДР собирался… Уж она-то в курсе и, видимо, уже напланировала себе пойти по моим стопам. Хорошо я тогда съездил, продуктивно, что правда, то правда… Надо как-то ответить Галие так, чтобы прослушка никакого компромата не нашла на нас в этом разговоре…
— Это обидно, верно. Но! У нас дом полная чаша, все у нас есть, в принципе. Кроме того, две бутылки водки ты можешь совершенно спокойно с собой взять, и никто тебя за это не накажет. Икры ещё тебе возьму чёрной, столько, сколько разрешено… Не бойся, дорогая. Всё будет в лучшем виде.
Блин, по-хорошему, надо поговорить с Фирдаусом, может, его родичам из Италии передать что-то надо в Москву? Заодно пусть бы ей чемоданчик наш фирменный на колёсах подогнали…
Тут же набрал зятю и предложил завтра встретиться где-нибудь ближе к обеду. Он пригласил меня подъехать в торгпредство, пообедать вместе.
Уложили детей спать, и я засел за записки для Межуева. У меня осталось новинок не так много. Все их использовал подчистую. Надо опять в спецхран ехать.
Едва дождавшись, пока стемнеет, Руслан отправился на старую родительскую квартиру. Подходя к дому, он присматривался к окнам. К его облегчению, свет в квартире не горел. Он быстро поднялся на третий этаж и прислушался. В тишине было слышно, как у кого-то из соседей играет радио, где-то мяукала кошка… В его бывшей квартире царила тишина. Он достал ключи от квартиры и привычным движением попробовал открыть входную дверь. Но ключ от нижнего замка не подошёл.
Замки уже поменяли. Во всяком случае, личинку нижнего замка…
Руслан почувствовал, как щёки начали гореть и уши. Было ужасно стыдно. Он принюхался, но ничего не почувствовал через закрытую дверь.
Может, оно не протухло? — с надеждой подумал он. — Просто высохло, и всё? А если нет? Ну и что теперь делать? Блин, неудобно как перед людьми!
Оставаться в подъезде дольше он не рискнул и поспешил спуститься и выйти на улицу.
Сидя дома с рюмочкой коньяка в руках, директор мебельной фабрики Гайдуков думал над словами фронтового друга.
