Насколько помню, даже успел намекнуть, что и папа римский скоро будет при содействии Запада избран польского происхождения, сугубо для того, чтобы повлиять на трансформацию польского общества в пользу западных интересов, и повысить шансы отбить Польшу от дружбы с Советским Союзом…
До событий «Солидарности» сейчас ещё девять лет. Никакого нет смысла что-то по ним заранее говорить, разве что в общих словах.
Ну ладно, это всё же не повод не делать тот доклад, который вторично заказала КГБ. Решил, что скажу основные вещи, которые тогда говорил, немного другими словами с уточнением других важных аспектов.
Первый тезис взял о том, что события в Венгрии 1956 года, и в Чехословакии 1968 года показали, насколько на самом деле привязана Восточная Европа к Советскому Союзу, и об этом нам не стоит никогда забывать.
Там полно людей, которые хотят порвать с Советским Союзом на полном серьёзе, и вряд ли их число существенно уменьшилось после событий 1956 и 1968 годов…
Следующий тезис сделал по поводу того, что крепость отношений Восточной Европы с Москвой зависит сугубо от крепости самого Советского Союза. Чем слабее Москва, тем больше шансов, что Восточная Европа пожелает отделиться от неё, и тем больше ей будут помогать на Западе. Чем сильнее Москва, в том числе экономически и политически, тем спокойнее и плодотворнее будут её отношения со странами Восточной Европы.
Сейчас, возможно, этот тезис смотрится несколько банально, но во времена Горбачёва пренебрежение им обойдётся Советскому Союзу чрезвычайно дорого. Мало того, что он упустит всю Восточную Европу из-под контроля СССР, так ещё и откровенно прозевает тот момент, что она вся целиком войдёт в НАТО и станет использоваться уже против Москвы.
Может быть, если я сделаю этот акцент в своём докладе, то по этому поводу будет КГБ проявлять больше озабоченности и доносить её, в том числе и до Политбюро…
Хотя, впрочем, какая разница? Никак это не поможет стране, когда Горбачёв придёт к власти… На все мои предостережения, как и на предостережения КГБ, ему будет откровенно плевать. Не такой он человек, чтобы серьёзно воспринимать аналитику. Уж он точно за красивыми словами сути никогда не был способен увидеть…
Следующий тезис выдвинул, что Советский Союз должен быть самодостаточен по всем важнейшим товарам, которые производятся сейчас для поставок в Советский Союз на территории Восточной Европы, в том числе и для того, чтобы не возбуждать там иллюзии, что без Восточной Европы Советский Союз продержаться никак не может. А то чем больше у всяких панов представлений о собственной значимости, тем сложнее с ними по-человечески общаться.
Следующий тезис выдвинул о том, что снабжение товарами народного потребления в СССР должно быть не хуже, чем в той же самой ГДР или Венгрии. Разница сейчас отнюдь не в пользу Советского Союза, и результат тоже вполне себе понятен. Местные, когда туда приезжают из Советского Союза, и начинают метаться по магазинам в поисках того, чего в СССР нет, искренне считают, что у них всё лучше, чем в СССР. А как можно подчиняться Москве, если советские граждане живут хуже, чем в той же самой Польше или Венгрии? Нелогично как-то, с их точки зрения.
В общем, доклад вышло написать не так и просто, как хотелось бы, но что уж тут поделать. Что смог, то и написал.
Закончив работать над докладом, сложил распечатанный экземпляр в отдельную папку и сразу же положил в портфель, чтобы не забыть завтра ни в коем случае прихватить с собой, когда к Румянцеву поеду, а то мало ли что, позвонит кто-нибудь завтра внезапно по телефону, Галия или няня попросят чем-то помочь с малышами, или ещё что-то отвлечёт.
Впрочем, наверное, у каждого человека, у которого была достаточно насыщенная жизнь, есть что вспомнить по тому поводу, когда он что-то забыл с собой взять, что нужно было обязательно с собой прихватить. Вряд ли я одинок в этом отношении.
Зазвонил телефон.
Подняв трубку, с удивлением услышал голос Захарова.
– Здравствуйте, Виктор Павлович, – отозвался я на его приветствие.
– Павел, неплохо было бы, если бы ты смог сегодня ко мне в районе обеда подъехать, – сказал он.
– Сегодня, к сожалению, никак не получится, Виктор Павлович, – ответил я. – Мне в 2 часа на партсобрании грамоту будут вручать от КПК, а сразу после этого иду читать лекцию по линии «Знания» на Московский рынок.
– Вот даже как! – удивился Захаров. – Поздравляю. Серьёзная эта грамота, пригодится тебе. Ну, давай тогда завтра в районе обеденного перерыва пересечёмся. Удобно тебе будет завтра?
– Да, конечно, Виктор Павлович, завтра в два часа буду у вас.
– Прекрасно, как раз погуляем с тобой по парку, – ответил Захаров.
Положив трубку, понял, что вопрос будет какой-то специфический. Раз Захаров не хочет его в своём кабинете обсуждать.
Остаётся только надеяться, что ничего плохого у нас не произошло с нашими делами, хотя, в принципе, скорее всего, так оно и есть. В противном случае меня, скорее всего, Сатчан бы потревожил, а не лично Захаров. Вряд ли там уж такая прям серьёзная проблема, что только Захаров об этом не в курсе.
