Вряд ли перевербованные сотрудники сочтут хорошей идеей стучать Гришину о новом поручении, если будут полагать, что тот и так прекрасно знает об этих темах, и именно он и дал поручение Захарову по разработке. Смысл злить большого человека новостями, которые для него и не новости вовсе? Так что пусть пребывают в уверенности, что и первый, и второй секретари по этому делу работают с полным взаимопониманием... Ведь если все получится так, как он задумал, то так оно и будет позже.
Ну и это также снизит риски того, что они проболтаются где-нибудь за пределами горкома – не на их уровне ссориться всерьёз с Гришиным.
***
Возвращаясь домой из спецхрана, куда заехал после редакции, вспомнил, что к Мартину надо же зайти по поводу этого организационного комитета... Взглянул на часы – вполне уже должен прийти из университета.
Выйдя из лифта на его этаже, буквально столкнулся с ним на лестничной площадке. Он куда-то как раз спешил, да еще с достаточно озабоченным видом…
– Привет, куда бежишь? Всё в порядке? – спросил я Мартина.
– О, Павел, привет. Да, ты прав, спешу. Спасибо, что предупредил тогда, что твои дети заболели, – услышал от него я.
Сразу понял, что дальше пойдёт какое-то неприятное продолжение. Сам Мартин явно больным не выглядел. Это что получается? Его девушка всё же заболела? Нехорошо, если так…
– Представляешь, приезжаю я к Луизе, у неё температура. – продолжил Мартин. – И она себя плохо чувствует, а потом уже и пятнышки эти полезли. Но хорошо, что всё же течение болезни не слишком серьезное. Врач сказала, что ничего страшного не ожидает. Мол, если бы течение болезни ожидалось тяжёлым, то в ситуации со взрослым человеком оно сразу и пошло бы развиваться по тяжёлому сценарию. Первые несколько дней после заражения, мол, самые показательные. Но Луиза, конечно, очень боится, что у неё пятнышки на лице останутся…
– Блин, дружище, так неудобно получилось, чувствую себя из-за этого достаточно паршиво, – пробормотал я виновато.
– Паша, о чём вообще речь? – удивлённо распахнул глаза Мартин. – Как ты вообще можешь думать, что я или Луиза на тебя можем обижаться? Откуда же вы могли знать, что ваши дети подхватили такую болезнь? Как они, кстати, себя чувствуют?
– Да, спасибо, вроде бы хорошо. У них достаточно лёгкое течение болезни. Авось всё так и останется. А то нам уже скоро и на Кубу надо будет уезжать.
– О-о, да, ты же как-то говорил, что вы на Кубу поедете… Ну, очень надеюсь, что вы туда съездите, так что останутся только самые хорошие впечатления. Я сам там, конечно, никогда не был, но один мой друг ездил по комсомольской линии, остался очень той поездкой доволен. Хотя он сказал, что не всем европейцам там комфортно. Парень, что с ним ездил, так и не смог приспособиться к климату и был вынужден вернуться в Германию раньше срока.
– Ну, посмотрим, – сказал я Мартину. – А как там Альфредо, ещё не вернулся?
– Пока нет. И когда вернётся, я не знаю, – помотал головой Мартин. – Он сразу билет только туда покупал и сказал мне, что не знает, насколько там ему задержаться придётся. И вообще весь такой таинственный уезжал. Я так и не понял, для чего он туда вообще едет, в эту свою Сицилию. Одно точно: дело явно не в девушке. Если бы там хоть как-то, хоть какая-то девушка фигурировала, его фонтан красноречия было бы не остановить.
– Ну это да, с этим я соглашусь, – неопределенно хмыкнул в ответ.
– Всё, я побегу, а то меня Луиза ждёт. Надо по магазинам пробежаться, продуктами закупиться. Попытаюсь ей там суп сварить.
– Ну, давай, дружище, передай ей мои искренние пожелания выздоровления, и что мы с женой очень извиняемся, что так нехорошо всё получилось.
– Передам, конечно, Паша, но зря ты переживаешь, – активно замахал руками Мартин. – Луиза очень умная девушка, она сама всё прекрасно понимает.
– Извини, еще один вопрос, пока не забыл. У нас тут будет организовываться конференция в Москве с Берлинским университетом для студенческой молодежи. Не хочешь войти в оргкомитет?
– С Берлинским? Спрашиваешь! Конечно, хочу!
– Очень хорошо, тогда я сообщу тебе о первом заседании оргкомитета, когда его устроим. Ну всё, пока.
– Пока, выздоравливайте там и готовьтесь к поездке на Кубу.
Спустились, правда, еще на лифте вместе. Попрощался затем снова с Мартином, и пошёл домой, качая на ходу головой.
Блин, ну действительно подставили, получается, хорошего друга. Его подруга не убереглась... Как она в детстве умудрилась вообще ветрянкой не заболеть? Вся такая активная, вряд ли сидела дома постоянно с книжкой. Если уж даже в наш колхоз рванула свёклу собирать, хотя её никто в спину не толкал, то это поведение очень социально активного человека, а не затворницы.
Правда, в колхозе ей тоже не сильно повезло. Может, просто здоровье у девушки очень слабое? Но как тогда её ветрянка в детстве обошла, если здоровье слабое?
Ничего, короче, не понятно, но чувствуя себя в любом случае виноватым…
Дома, пообедав, сел работать над материалами для Межуева.
***
