– Конечно, понимаю, – кивнул я. – Ну, до свидания тогда, Антон Иванович…
– Вернитесь, очень прошу, – вдруг взяв меня за плечи, проговорил Деникин, глядя прямо в глаза. – Если не будет возможности, ты же умеешь правильно оценивать обстановку, просто уходи. Не нужно выполнять это задание любой ценой, понимаешь? Это не они, – он указал куда-то наверх, – это я тебе говорю.
– Я понял вас, разрешите идти собираться?
– Удачи вам, ребятки, да поможет вам Бог! – и постаревший за последнее время генерал перекрестил меня.
Да уж, вот это приказ… Нет, а чего я хотел? Назвался лучшим специалистом, так докажи!
Вначале, услышав, как командование видит эту операцию, я даже икать начал. Ещё бы, заявиться в занятый врагом город, а именно это от нас требуется. Марков и его штаб именно там сейчас, а не где-то в полях или степях. Штаб расположен в самом центре города, в одном из старинных особняков, как и где мы его подловим, думать нужно будет на месте. Так как мы для белых чужие, времени на это будет мало, не надо считать их дураками. Расчёт на то, что к армии Маркова постоянно прибиваются как одиночки, так и целые группы солдат и крестьян из ближайших окрестностей. Будем делать вид, что мы такие же и пришли для того, чтобы влиться в Добровольческую армию и сражаться за Россию. Попробуем, что остаётся?
Ночь расставания с Натали, а у Малого с Машей была насыщена событиями. Тут тебе и слезы на целый час, и любовь до потери сознания, короче, спать мы с Ванькой улеглись только в поезде. Едем до Воронежа, эта местность сейчас вроде как свободна от белых, разве что иногда разгуливают небольшие банды, промышляя грабежами, но в основном вполне спокойно. От Воронежа, а там нас должны встретить, поедем в Царицын или на лошадях, что вымотает всерьез, или на автомобиле. Точнее нам не сообщили, это зависит от работы товарищей уже на месте.
Поездка не запомнилась, хоть и была довольно длинной, поезда-то сейчас еле-еле ползают. Спали, смотрели в окно, гуляли по вагону, ничего особенного. Оружие у нас своё, я вообще свою винтовку, взятую трофеем ещё в пятнадцатом году у немцев, ни на что не променяю, привык. Ване чуть проще, свою он оставил на родине, когда спасался от казаков, поэтому в школе выбрал ту, что понравилась, и, установив новый прицел, тщательно довел её до ума. Выбор Ивана был очевиден, он также взял «маузер», какой был и у меня, всё отличие лишь в том, что у меня собранная на заказ винтовка для немецкого офицера, а у Ваньки обычная, из трофеев. Выбрал самую приличную, благо выбор был, обслужил и всё, готов.
Пока готовились дома, собрали по полсотни патронов каждому, больше вряд ли понадобится, мы ж не на войну едем. Если всё пойдёт, как надо, хоть я в этом и сомневаюсь, то понадобится вообще всего один патрон, ну, может, два. А вот для пистолетов, а у нас их аж четыре, патронами запаслись всерьёз. Вторым стволом я взял маленький «маузер», такой же, как подарил Наталье, только калибром чуть больше. Малой, опробовав мой «маузер», остался им доволен и взял себе точно такой же. Основным, уже с накрученным глушителем, у него был «браунинг». Да, разные системы и калибры, но в дело берут всегда то, что наиболее удобно именно тебе. Я в будущем, на службе, короткий ствол имел вообще револьвер, ну вот нравился он мне, кстати, тоже ведь «кольт» был, тридцать восьмого калибра. Мне его как-то в подарок ребята из роты притащили, после очередного выхода в зелёнку. Я их тогда прикрыл хорошо, были благодарны и сделали такой подарок. И револьвер мне так понравился, что я пошёл на нарушение и протащил его на Большую землю, хоть и пришлось нелегко, шмонали нас дай бог.
– Как думаешь, получится? – уже подъезжая к Воронежу, о чем нас предупредил проводник, завёл разговор Иван.
– Должно, Вань. Мы ж с тобой из «Железной», а там, помнишь, не было разговоров о том, получится или нет.
– Это да, но там война была, всё вроде понятно. А тут? Они же наши, но убивают нас, сколько ещё это все будет длиться?!
– Для этого в том числе и едем, я же тебе всё объяснял! Ты чего, сомневаешься в своём выборе?
– С ума сошёл? Какой выбор! Кто нам его дал? Они… Звери!
– Все мы, Ваня, звери, – мягко и устало ответил я. – Только есть шакалы, а есть санитары леса. Мы – последние!
– В точку, командир! О, гляди, останавливаемся.
– Будь готов, мало ли что, – предупредил я своего товарища, и мы встали со своих мест и собрали вещи. Точнее, взяли в руки сумки, сшитые по моей просьбе в Москве. Хорошие и крепкие, из отличного брезента сумки, вмещали в себя, казалось, бесконечное количество груза. Винтовки, патроны, одежда и бельё, да чего там только не было, и всё помещалось без труда. К тому же сумки имели широкие лямки, для переноски на спине, как у рюкзаков будущего.
– Привет с Волги! – мы стояли на краю платформы добрых полчаса и уже начинали злиться, когда к нам, наконец, подошли два молодца, неодинаковых с лица. Один постарше, второй молодой, оба светловолосые и с веснушками по всему лицу. Жители юга, сразу видно.
