Впрочем, из-за опасности двигателей в пределах атмосферы используется исключительно магическая левитация, которая быстрее пяти сотен километров в час такую махину не разгонит. Впрочем, если выставить щиты, то этот показатель можно увеличить до семи махов, маны на такое извращение уйдет уйма, а толку ноль — разгоняться будешь дольше, чем тебе лететь до нужного места. Конечно, есть еще и порт-ключ, но работает он только с установленным якорем и также жрет немало маны. Впрочем, проблема с маной разрешилась после установки доработанного ТМР в защищенном помещении, где раньше был склад боеприпасов, и связи с Авейлоном. Еще одна проблема была с эфиром из реактора — он был очень низкой реальности, практически на уровне хаоса, так что предварительно его нужно было прогнать через мою душу или душу Ямато. Я еще раз порадовался, что в свое время решил выбрать именно корабль с душой. Сам бы я замучался гонять такие объемы через себя и управлять огромным количеством чар корабля. Впрочем, даже с душой, комплекс чар был настолько сложным, что Ямато помогали в управлении критически важными устройствами духи разума, а Флорентино и Себастьян были штатными членами экипажа. Сами зачарования и руны я впервые накладывал послойно. Первыми шли руны абсолютного зеркала, наблюдения и чары неразрушимости на адамантии. Под ним, на обратной стороне, были нанесены руны левитации по всему корпусу. Далее следовали чары сокрытия, сканирования и отвода глаз. На золото-титановом сплаве, который шел после этого, находились чары вечной трансфигурации в адамантий — когда-нибудь, лет через сто, они станут действительно вечными. А пока что они только усиливают весь корпус внутри и потребляют немало эфира. В конце концов, ко всему вышеописанному подходили углеродные нанотрубки в сплаве, которые и питали все это богатство разветвленной сетью. И все это хорошо… В теории. Так как я уже в третий раз перебираю корабль, самолет, коцебу или как его теперь назвать, потому что постоянно возникают какие-то неполадки. То углеродные трубки не выдержат и сгорят, то чары восстановления не сработают или сработают не так, откатив время слишком далеко назад, то пузыри нестабильны, то чары начинают конфликтовать, но мне это… нравится. Я теперь понимаю, для чего Финеас создал Авейлон. В том-то и дело, что ни для чего. Ему это просто нравилось. Можно год идти к цели, два, три, но в конце концов ты устанешь, тебе это станет противным до печенок, и ты это забросишь… Если оно тебе не нравится. Я же уже больше трех лет строю «Ямато» в Авейлоне, и мне до сих пор не надоело. Даже Доротея ограничилась выращиванием гибрида хищной лозы, моей яблони и культур, которые могут расти на одной мане в коридорах, чтобы вырабатывать сок, пищу и кислород, а также выступать как еще одна из множества внутренних систем обороны.
— Добрый вечер, Ямато, — поприветствовал я старика, взлетев на корабль. Аппарировать в него или на него просто невозможно, если ты не архимаг пространства. Уж я-то постарался. Но, к сожалению, из-за этого мне и самому приходится пользоваться вот таким архаичным методом. Нет, можно переместиться и порт-ключом… Но я там столько систем распознавания нагородил, что мне лень их проходить. Проще духу показаться сразу.
— Правьте вечно, солнце империи! — поклонился мне он. Я пытался переубедить его ко мне так относиться, но бесполезно. Это, можно сказать, якорь его личности.
— Ну что, пойдем основной калибр дорабатывать? — закатал я рукава рабочей одежды.
