— Как пожелаете, Император, — ответил мне он. К моему счастью или сожалению, многословным Ямато не был. Я зачастую мог наблюдать, как он целый день вдумчиво курит трубку и смотрит в сторону горизонта. Наверное, мечтает снова отправиться в плавание, но я пообещал себе, что пока его не доделаю полностью, то не полечу. Чем-то я стал похож на моего соседа из прошлой жизни, иммигранта из ФРГ. У него был Mercedes-Benz 500 k, который большей частью стоял у него в гараже и в котором тот все выходные копался, что-то в нем меняя и переделывая. Я ни разу не видел, чтобы он на нем ездил, но запомнил, как тот ухаживал за ним. Немногие за своими женами, детьми и любовницами так ухаживают. На самом деле, большинство пушек были уже готовы к бою, в том числе и знаменитые 460-мм орудия, которые были более равномерно разбросаны по корпусу: две спереди, одна сзади. То же самое и с остальными пушками и зенитками. А что же внизу? То же самое, только скопированное. Причем на прочность самого судна они не оказывали никакого влияния, мало того, что во время полета они будут утоплены в корпус и закрыты бронеплитами, так еще их и отстрелить можно, если восстановление невозможно и под ними будет целехонькая броня. Обожаю магию в таких вещах. Пушки могли стрелять как трансфигурируемыми снарядами с магическим ускорением, так и гамма-лазерами благодаря реакции аннигиляции внутри орудия. Также была возможность стрелять артефактными снарядами из карбида вольфрама, покрытого укрепленной адамантиевой фольгой и с наложенными внутри чарами трансфигурации всего или части снаряда в антиматерию. Получался такой вот относительно чистый фугас, который облучал, конечно, но ядерных осадков после себя не оставлял. Впрочем, таких снарядов у меня было немного.
Внутри росли лианы и вообще было довольно мрачно. Освещение, пока что, не очень, все комнаты пустые, а центральная часть корабля полуразобрана и открывает вид на главный калибр, который сверху напоминает мою увеличенную в тысячу раз волшебную палочку. Занимала она место от носа коцебу до его середины, почти упираясь в мостик «Ямато». То есть ее длина почти двести метров. Я начал наполнять давно вырезанные на чистом адамантии руны. Работа кропотливая и требующая концентрации. Но меня отвлек Хал, и, поняв что он сказал, я бросил все дела.
— Влад, на Ариэль… на твою маму напали.
Комментарий к
Вот и сюжет подвезли.
========== Часть 17 ==========
В большом классе находилось пятьдесят человек разных возрастов: от маленьких детей от семи и девяти лет до взрослых, в основном от двадцати пяти до сорока, но была и одна женщина, разменявшая пятый десяток. Это был смешанный класс выходного дня Школы Сквибов и курсов дошкольной подготовки Хогвартса. Ариэль с улыбкой осмотрела всех сидящих на синих ковриках с вышитыми рунами сбора маны и концентрации. Они помогали неопытным ученикам собирать свободный эфир, ровно как и магические благовония и чары ясного разума. Здесь находились в основном родители магов и сквибов, которые тоже захотели обучиться магии вместе со своими детьми. Ариэль нарадоваться не могла этому классу, так как дети дисциплинировали родителей, а родители — детей, так что случаи непослушания или конфликтов случались редко, и даже в такие моменты быстро разрешались. Взрослые вечерние классы были очень неспокойными поначалу, особенно из-за некоторых мужчин, которые пытались к ней приставать, или гнилых людей, пытающихся угрозами, оскорблениями или кулаками донести, как она неправа, что отказала им в обучении. Потом их зачастую выносили обожжёнными ею или избитыми Людвигом. И им еще повезло, что они уже получили наказание, иначе за это взялся бы Влад… А у него и возможности шире и фантазия развитая. Дети же были разные. Родившиеся в мире простых людей зачастую не понимали опасности магии, были капризны, но при этом гораздо более обучаемы, чем выросшие в магическом. Привыкшие к большому количеству информации, они впитывали знания как сухая губка воду. Впрочем, были и исключения из правил — чистокровные. Их с детства обучали этикету и сдержанности, а также уважению старших. Впрочем, и среди них нашлась парочка избалованных детей, которые не стеснялись в выражениях касательно учительницы-вейлы и того, где ей стоит на самом деле работать. Детей не отчислили, нет, на следующий день они пришли вместе с бледными родителями, которые долго извинялись и убеждали, что это первый и последний раз. И так оно и было, правда та парочка друзей целую неделю стояли на уроках. Не в наказание, нет — просто не могли сидеть на заднице.
