- Отойдите от самолетов, чтобы по неосторожности не поджечь их. Смотрите, сколько бензина вы разлили, да и сами будто искупались в нем, сделал замечание Богданов. - После нашего разговора отмойте руки получше, иначе могут быть всякие неприятности, ведь кое-кто из вас курит.
- Есть, товарищ командир, - ответили летчики.
- Садитесь, поговорим о деле. Итак, вчера козлом отпущения за все неудачи я сделал Фадеева. Он действительно во многом виноват. Но главная его вина в том, - улыбнулся Богданов, - что он младший среди нас - по возрасту, должности и званию.
Сегодня, восстанавливая справедливость, скажу: Фадеев спас Есина, когда тог спускался на парашюте. Анатолий настоящий летчик и надежный парень. Богданов ненадолго замолчал, потом, похлопав по плечу Фадеева, продолжил: Товарищи, нас осталось немного - три боевых самолета и четыре летчика. Но мы должны еще настойчивее и более умело драться с немцами. Сегодня от меня упреков не ждите, отнеситесь критично к себе сами, и вы найдете в своих действиях немало промахов. Будем же обретать и совершенствовать боевые навыки! После каждого боя мы проводим разбор, говорим об ошибках и недостатках. В следующем полете что-то учитываем, но опять совершаем ошибки, подчас новые. Почему? Не лучше ли заняться учебой перед выходом на боевое задание и разработанное на занятиях проверять в бою, а после полета уточнять свои варианты боя с учетом реального противодействия врага? Он нам загадывает загадки, а мы должны готовить свои сюрпризы.
- Как я понял, - задал вопрос командир второго звена, - вы хотите организовать школу?
- Вы угадали, - ответил Богданов.
- После боя, товарищ командир, бывает совсем не до учебы, голова так забита, что ни одна толковая мысль не идет, руки ходуном ходят, если папирос нет, то и цигарку не сразу свернешь, - засомневался командир второго звена.
- Оно, конечно, так, - согласился Богданов, - однако, если головой работать не станем, немцы нас все время будут одолевать и в страхе держать. У нас и самолеты не экстра-класса, да и у большинства летчиков опыта меньше, чем у немецких. Остаются голова и воля, на них расчет. Думать надо, работать головой и помнить о том, что народ зовет нас сталинскими соколами! А по результатам боев мы пока еще частенько выглядим мокрыми курицами. А чтобы стать настоящими соколами, надо учиться Итак, начнем с анализа проведенных воздушных боев, заканчивать будем конкретными предложениями. В общем, займемся тактикой.
После слов Богданова наступила тишина, нарушаемая редкими командами инженера эскадрильи, заканчивающего подготовку к полетам очередного самолета.
- Кто первый? - спросил Богданов.
- Придется мне, товарищ командир, - подал голос заместитель.
- Прошу, - сказал комэск.
- Я буду краток и назову лишь некоторые ошибки, - начал замкомэска. Первое, плохо видим в бою немцев, замечаем, когда они уже идут в атаку. Это вынуждает нас обороняться. Второе, если увидим первыми, то часто ждем, когда немцы начнут атаковать, и опять ведем оборонительный бой. Но в воздухе надо наступать! Авиация - род войск наступательный!
- Интересная мысль! - поддержал Богданов своего зама.
- Третье, - продолжал замкомэска, - боевые порядки, определенные нашей организационной структурой, устарели. Нас было девять. Сбиты крайние ведомые. То, что Фадеев в нашем звене остался живым, дело случая. Других сбили не только потому, что они допустили ошибки, - нет, им просто не было места в боевом порядке. Третий самолет сковывает маневр истребителей. И верно говорят, что третий лишний. Если ведущий покруче завернет боевой разворот, внешний ведомый летит прямо в пасть "мессерам". Короче говоря, применяемые нами боевые порядки не годятся. У нас осталось три самолета на четыре летчика, и если удастся достать четвертый самолет, разделите, товарищ командир, нас на пары, и вы посмотрите - это будет совсем другое подразделение.
- Хорошо, подумаем, - ответил Богданов.
Подошел инженер и доложил о готовности самолета.
- Здорово, - обрадовался Богданов, - ты нас выручил, инженер! Фадеев, ну-ка попробуй самолет на земле и в воздухе! Времени до вылета осталось полчаса.
- Есть! - Фадеев вскочил и опрометью бросился к самолету, на ходу отстегивая висевший на поясном ремне шлем. Быстро осмотрев самолет, забрался в кабину. Подошел инженер, спросил:
- Ты что, без парашюта решил лететь?
- Я и забыл!
- Не спеши. Вылезай из кабины, надень парашют, успокойся и тогда лети на здоровье, - сказал инженер.
- Виноват, я сейчас! - Он быстро вылез из самолета, моторист помог надеть парашют. Инженер в это время еще раз обошел самолет и дал "добро" на вылет.
Фадеев спокойно проделал необходимые манипуляции, и через несколько минут он уверенной рукой пилотировал "ишачка" в голубом небе. Самолет немного кренило влево, но Анатолий рад был и такому самолету. Опробовав на всех режимах мотор, Фадеев благополучно сел.
Спустя четверть часа он снова был в воздухе, летел ведомым у заместителя командира эскадрильи.
