Я со Стрельцом и пятью крепкими парнями остались на берегу, копать яму для сырья под будущий порох и строить плот, чтобы искать в воде пушки и готовить их к подъёму. Работал наравне со всеми, часто помогала Сильфея. Шши была сильнее любого из нас, несмотря на свою стройную и совсем ненакачанную внешность. За три дня создали селитряницу, в которую запихнули всю падаль, потроха от дичи, регулярно приносимой охотниками, отходами от фруктов и овощей, сожгли гору дров для золы и многое другое, о чём не хочется упоминать. В общей сложности накидали органики и прочего гэ на пяток КаМАзов, а это тонн под пятьдесят. На четвёртый день мне дали выходной. Не потому, что я больше всех уставал, нет, просто Стрельцу не терпелось поскорее убедиться в моих способностях. Открытие портала его не впечатлило, кстати. А сам он с товарищами отправился за бамбуком для плотов.
Я стоял возле горы, закрытой несколькими слоями плёнки, из которой торчали бамбуковые стволы, с пробитыми в коленах перегородками и прожженными боковыми отверстиями. Рядом находился какой-то плюгавый старичок в белом халате с чудовищной причёской «а-ля одуванчик», он суетился возле компостной кучи, чем-то её поливая и бормоча о «выдувании паров аммиака… ах, закрыто», «нитратные бактерии», «осаждение», «ускорение брожения» и что-то ещё непонятное. Вот это выверты подсознания! Со стороны это было очень смешно, и я не выдержал — рассмеялся. И тут же понял, что успел задремать на несколько минут, в течение которых мне и привиделся странный старичок.
— Ты чего ржёшь?, — недовольно проворчал Серёга, один из тех, с кем работал все эти дни. — Спи давай,
Я и заснул, чтобы через мгновение оказаться в очереди в каком-то сельскохозяйственном магазинчике, вместе с бабульками и дедульками характерного дачного вида.
— Чего вам, молодой человек?, — спросила полная женщина лет пятидесяти с усталым лицом в больших круглых очках с плюсовыми стёклами.
— Мне?
— Ну да, вам, за чем стояли? Только вспоминайте поскорее, не задерживайте очередь.
Я пробежался глазами по полкам: белила, средства в гранулах для септика, семена цветов, горшочки с цветами, пустые, мешки с грунтом, удобрения… удобрения!
— Мне селитру калийную, пять килограммов, — и даже дышать перестал, замерев в ожидании: есть — нет.
— Только в пакетах по пятьсот граммов, шестьдесят рублей.
— Точно калийная селитра?
Вместо ответа продавец наклонилась, взяла с пола из-под ног небольшой пакетик из белого полиэтилена с рисунком и положила передо мной. На упаковке большими буквами было выведено: селитра калиевая. Чуть ниже на ярком рисунке с изображением сочных овощей и фруктов ещё одна надпись: N — 13 %, K2О — 46 %.
— Давайте десять пакетов и… у вас сера есть? Обычная очищенная сера или неочищенная.
— В зоомагазине напротив спросите. С вас шестьсот рублей.
В магазинчике с неистребимым ароматом сухого корма и запахом от клеток с грызунами и попугаями мне предоставили коробочку с надписью: сера кормовая, природный минерал. На ней некто с радостным оскалом огромной ложкой пичкал поросёнка чем-то жёлтым из миски, а рядом стояли и ждали своей очереди гуси, куры, теленок и прочие представители зоо-фермы. За стопятьдесятграммовую коробочку просили двадцать рублей, я заплатил двести и взял десять упаковок.
Проснулся от криков вокруг. Первым делом, ещё толком не разлепив глаза, нащупал «вепрь» и снял с предохранителя.
— Эй, эй, Макс, ты-то не сходи с ума!, — заорал кто-то знакомый.
Наконец-то открыл глаза и увидел нескольких человек — Стрельца, пару его товарищей и Сильфею, которая закрывала частично собою ребят от моих взглядов. Что примечательно — Федька зажимал левой ладонью правую руку, с которой капала кровь. В руках у шши был кортик и кинжальный нож «Шайтан», который ей подарил Медведь.
— Что здесь произошло? Сильфея?
— Тронк’ра, он посмел дотронуться до твоих вещей, пока ты спал. Никто не смеет подобного делать! Вещи тронк’ра — это вещи тронк’ра!
Я посмотрел себе под ноги и увидел рядом с краем надувного матраса небольшую горку разрисованных пакетов и стопку небольших коробочек. Вещи из сна, значит, у меня всё получилось. А что с самочувствием?
— Сильфея, пусть забирают, — разрешил я. Сам в это время прикоснулся к тикеру на груди. Сразу же занемели кончики пальцев, в запястье стрельнуло острой болью. Порция адреналина, которая оказалась в крови благодаря экстремальному пробуждению, понемногу выходила, вместе с этим накатывала слабость, головная боль, вялость. Не сравнить с тем состоянием, которое меня накрыло после получения оружия и боеприпасов, но всё равно было неприятно.
Кряхтя как старик, я поднялся с матраца, чуть покрутился, разминая затёкшее тело, и вышел из хижины на свежий воздух. Федька и его команда столпились возле верстака, сбитого из досок, что-то бурно обсуждали, то один, то второй макали пальцем в белую горку порошка, потом слизывали и быстро сплёвывали. Прямо дегустаторы на винной выставке.
— Вкусно? Угостите?, — поинтересовался я, встав рядом. На меня покосились, но чуть подвинулись, освобождая место у стола.
