Через двадцать метров увидели передовой дозор, который лежал под небольшим кустом и в бинокль рассматривал берег. В том месте имелся плавный спуск к воде, свободный от зарослей, вода у берега без водорослей и растений. Судя по изрытому спуску, это место было водопоем у животных. Вот и сейчас там утоляли жажду местные кабанчики, свинья и десяток поросят. Кабаниха была огромная, весу явно под двести килограммов, две пары прямых клыков приподнимали верхнюю губу и предупреждали любого, что их хозяйка мигом выпустит кишки. Поросята не уступали своей мамаше — каждый с крупную немецкую овчарку.
— Ты кого тут добывать собрался?, — прошипел Федот. — Хочешь нас выстрелом выдать?
— Стрелец, да просто на такой жаре наша рыба с мясом в горло не полезут, — пожаловался тот. — А тут я одним выстрелом сниму поросёнка, быстренько поджарим, перекусим и всё в ажуре.
— В ажуре у него, я запрещаю шуметь.
До кабанов было около сотни метров, для «бенельки» разведчика с мощным пулевым патроном вполне рабочая дистанция. Но шум нам нежелателен, тут Федька прав.
— Сильфея, сможешь убить одного поросёнка?, — поинтересовался я у девушки. — Только сразу, чтобы он не удрал в джунгли?
— Да, тронк’ра.
— Федь, можно обойтись без большого шума, Сильфея обещает, что справится с этим и добудет нам жаркое.
Тот размышлял недолго, почти сразу же дал добро.
Щёлк!
Тетива громко ударила по кожаному браслету на левом предплечье. Полёт стрелы я не рассмотрел, зато увидел, как упал на передние ноги один из поросят, завалился на бок, тут же вскочил, сделал несколько пьяных прыжков, как лошадь, которая хочет скинуть седока, и рухнул вновь. На этот раз навсегда. Свинья бросилась в заросли секунду спустя, как стрела ударила одного из выводка, следом за ней исчезли поросята.
— А теперь пошли быстрее, пока кто-нибудь не спёр наш шашлык, — поднялся с земли Федька. — Антон, ты к остальным ступай, скажи, пусть подтягиваются за нами.
Разведчик кивнул и быстро направился назад, к остальной группе. А мы втроём пошли к водопою, за добычей. Стрела шши насквозь пробила шею животному, так, что с другой стороны показался наконечник. Всё вокруг было залито кровью, на запах которой уже стали собираться мухи.
— Я свежевать могу, но опыта в этом мало, — предупредил я Федота.
— Да я сам, тут на десять минут работы, нам же не до красоты и качества шкуры, — ответил он. — Давай туда оттащим, я там видел сучок подходящий, вот через него перекинем верёвку и подвесим порося.
Свежевание заняло пятнадцать минут вместе с доставкой поросёнка до нужного места и его поднятия на верёвке. Стрелец скинул маскировочную куртку, футболку и занялся делом. Сделал круговые надрезы вокруг колен на задних ногах, под хвостом, соединил их и срезал кожу с лап, потом резанул от паха до горла, отвернул края шкуры и, работая кончиком ножа, продолжил снятие. Работал быстро, срезал вместе с полосками подкожного жира и мяса, но нам, как он и сказал, не до красоты же. Срезанная шкура плащом накрыла голову поросёнка. Отделял её от тела топориком, пожалев нож. Внутренности выбросили все, не став забирать сердце с печёнкой, пусть ими лакомятся местные падальщики, нам хватит и чистого мяса.
Место под стоянку подобрали у воды под обрывистым берегом, выставили часового, быстро зажгли бездымный костёр и, не став дожидаться, пока нагорят угли, повесили на прутиках кусочки мяса.
— Стрелец, у нас гости, — прошептала рация. — По виду из наших, землян, только оборванные уж очень.
— Твою ж мать-перемать, — выругался Федька и в сердцах воткнул в землю нож, которым очищал ветку от коры под шампур. — Ну, что за жизнь? Ни поспать, ни потрахаться, ни поесть нормально не дадут. Сколько их?
— Вижу троих. С копьями, дротиками, у одного топор простой, ещё двое с большими тесаками вроде мачете. Меня не видят, стоят, головами водят, принюхиваются, что ли.
Мы с Федотом посмотрели друг на друга и одновременно скривились. М-да, про аромат жарящегося мяса и не подумали. Решили, что обычная вонь, стоящая в джунглях, где вечно что-то гниёт, не пропустит запахи готовки.
— Так, все по кустам, — скомандовал Федот. — Макс, со мной останься. Если они наши и пожелают поговорить, то вдвоём послушаем. И смотрите там по сторонам внимательнее, тут мир такой, что земляки могут оказаться хуже дикарей.
Прошло десять секунд, и возле костра сидели только я, Стрелец и Сильфея, мой вечный и бессменный хвостик. Сняли свои маскхалаты, убрали рацию с глаз долой, оружие положили под руку и спокойно ждали, когда подрумянится мясо.
Неизвестные крутились возле нас почти пятнадцать минут, высматривали и собирались с духом. Наконец, из зарослей раздался хриплый голос:
— Приятного аппетита.
Как и договорились перед этим, я и Федот схватились за оружие и встали под берег, который словно козырёк накрыл нас сверху, Сильфея с луком отошла чуть дальше, прикрывая наши спины.
— Спасибо, друг неизвестный, если желаешь, то присоединяйся, — крикнул в ответ Стрелец. — Или хотя бы просто покажись, а то ведь нехорошо это, когда ты нас видишь, а мы тебя нет.
