Гибель трех русских кораблей, пусть даже и малого тоннажа, воодушевила японцев. Над дредноутами раз за разом прокатывались торжествующие крики "банзай!" Контр-адмирал Сато попросил разрешения преследовать своими пятью эсминцами четыре уцелевших эсминца русских, но Ямай отказал. Зачем повторять ошибку противника и подставлять под огонь дредноутов легкие корабли? Нужно было, как можно быстрее, до наступления полной темноты, добить русские линкоры. Жалко, что принц Хироясу так бесталанно растратил свое соединение быстроходных дредноутов. Сейчас бы линейные крейсера очень пригодились, зажимая вместе с линкорами колонну Колчака. Но, впрочем, можно справиться и одними линкорами. "Фусо", "Ямасиро", "Хьюга", "Исэ" миновали оставшуюся после вражеских эсминцев дымную полосу по правому борту. Можно было разглядеть обломки, за которые цеплялись уцелевшие русские моряки. Впереди, на правом крамболе были хорошо видны, вырисовывавшиеся на багровом занавесе заката, темные удлиненные силуэты четырех русских линкоров, окутанные дымом пожаров. Артиллерийские башни развернулись, алчно поднимая вверх жерла исполинских орудий. Офицеры-дальномерщики на марсах торопливо диктовали на центральные боевые посты дистанцию и пеленг цели.
Русские опять успели первыми возобновить огонь. Четкими залпами бил только третий их корабль в линии корабля, остальные колчаковские линкоры стреляли вразнобой. Очевидно, централизованное управление огнем у них уже не действовало. Можно было заметить, что у головного линкора, что шел под адмиральским флагом, вели огонь лишь две башни, у второго - одна из четырех, а замыкающий дредноут не стрелял вовсе. У японцев "Исэ" лишился половины артиллерии, оставшись с тремя двухорудийными башнями из шести, "Хьюга" потерял две башни, "Фусо" и "Ямасиро" - по одной. К бою вновь спешил присоединиться оказавшийся на левом крамболе 1-го флота "Конго". Несмотря на повреждения, полученные последним оставшимся в строю линейным крейсером, все четыре его башни дружно выбрасывали снаряды в противника. По числу стволов главного калибра перевес у Ямая был почти двухкратный, не говоря о весе полного залпа, что предвещало колчаковским кораблям неизбежную гибель.
Внезапно с "Конго" стал быстро сигналить прожектор. "Вижу торпеду!" - расшифровали сообщение на флагманском "Исэ". Затем тревожно замигал прожектор на "Ямасиро": "След торпеды за кормой!" На идущем следом "Хьюга" торпеду обнаружили совсем рядом, она шла прямо в борт дредноуту, но, по счастливой случайности, упавший перелетом снаряд с русского линкора, утопил ее. Еще один фосфоресцирующий след, идущий слева, разглядели и на самом "Исэ". Отработав винтами на задний ход, корабль пропустил торпеду перед форштевнем. В последний момент уклонился от торпеды и один из шедших на левом траверзе эсминцев Сато.
- Передать по эскадре! Уклонение от торпед! Четыре румба влево! Эсминцам! Атаковать противника на зюйд-ост!
Дредноуты разворачивались навстречу угрозе, чтобы подставлять несущимся из темноты торпедам как можно меньшую площадь борта. Эсминцы рванулись вперед, там через несколько минут замелькали вспышки и стали доноситься частые выстрелы среднекалиберных орудий.
Ямай выскочил из рубки, взбежал на мостик, оглядывая непроглядно темный горизонт. Кто выпустил торпеды? Четыре атаковавших ранее русских эсминца отошли назад, за линию своих линкоров, они не могли так быстро обогнуть идущий полным ходом японский флот. Значит - еще одна группа, не вражеская же субмарина участвует в эскадренном сражении... Включенные на кораблях прожектора водили лучами по темному уже восточному горизонту, высветив вдруг на юго-востоке низкие удлиненные тени, заметные в основном по белым носовым бурунам. Впереди неслись, отстреливаясь из кормовых орудий, пять эсминцев адмирала Сато, а за ними шли преследователи - два, а то и три минных дивизиона, иначе бы Кодзо не бежал так быстро к своим линкорам. Теперь дредноуты должны были сами отражать нападения русских эсминцев. Атаки будут слева. А ведь сегодня в основном именно левый борт японских дредноутов был под обстрелом, изрядно проредившем батареи противоминным орудий. Да и вести заградительный огонь придется в темноту, что снижало эффективность. Значит, по эсминцам надо бить огнем главного калибра. Но ведь продолжается артиллерийский бой с линкорами Колчака. Ничего, эсминцы сейчас опасней. Японские дредноуты, прекратив огонь по большим русским кораблям, развернули орудийные башни на новые цели - эсминцы-"новики", которые шли в атаку стремительными зигзагами, пытаясь вырваться от освещающих их лучей.
