Холод стал смертельным, я ощутил отчетливо, что как только заинтересуюсь подарком, начну его рассматривать, в этот момент и будет нанесен удар. То ли самим герцогом, то ли со стороны, хотя вряд ли он передаст кому‑то такую честь и будущую славу.
– Я тронут, – произнес я, неотрывно глядя ему в глаза. – Весьма и зело тронут, ваша светлость.
– Я рад, – прорычал он мощно, – тоже весьма…
Я смотрел ему в глаза, некоторое время мы ломали друг друга взглядами. Я сказал ему молча, что знаю и готов, теперь его ход, но пусть будет готовым к моему ответно-христианскому, когда воздают сторицей. И если готов, то давай, действуй. Я не для того прошел десятки северных королевств, пробился под Великим Хребтом, чтобы отступить в мелком южном королевстве перед каким‑то вшивым лордиком, великим и ужасным только для своей челяди. Действуй, ответ получишь немедля.
Он смотрел мне в глаза, и по мере того, как в моих все больше разгоралась ярость, тем заметнее гасла в нем. Я чувствовал, как бешено бьется сердце и пульсирует жилка на виске. Как там в глазах, не вижу, но что‑то отражается тоже, то ли кровеносные сосуды лопаются и наливается кровью, то ли сатанею быстро и весьма зримо.
Он опустил голову и проговорил совсем другим голосом:
– Сэр Ричард…
– Ваша светлость, – сказал я, и на том аудиенция была закончена.
Мои рыцари приняли из рук его людей раскрытую шкатулку. В лица снизу ударил блеск драгоценностей, в глазах восторг, нашего поединка никто, кроме нас с герцогом, не заметил, а когда шкатулку унесли, я обратил царственный взор на лорда Клементаля, владетельного хозяина Угаричера и Конноярда, барона Кубленга и графа Йенского, на чьих землях растет самый лучший строевой лес, в котором также водятся дивные белые олени и рогатые свиньи.
Он подошел, преклонил колено, я спросил первым:
– Лорд Клементаль, к вам уже прибыли торговцы из Тараскона?
Он ответил поспешно:
– Да, но…
– Откуда я знаю? – договорил я. – Так это я их прислал.
Он посмотрел оторопело, затем лицо расплылось в широчайшей улыбке. Он звучно чмокнул кольцо на моей руке.
– Ваша светлость!
– Лорд Клементаль, – сказал я.
Он встал, хотя не прочь был бы сразу же обсудить цены на разные породы леса, его сменил лорд Утрехский, очень старый и весь высохший, с длинными белыми волосами, но чисто выбритым подбородком, в парадных доспехах старого образца, красивых, но облегченных настолько, что панцирь можно проткнуть пальцем.
Когда церемония принятия оммажа закончилась, я подозвал барона Эйца и шепнул тихо:
– Герцога Джонатана арестовать на обратном пути. Неважно как. Устройте засаду, если понадобится. Но лучше без шума.
Он кивнул:
– Да, я уже послал гонца к сэру Норберту. У него больше людей, он все организует…
– Прекрасно!
– И еще, ваша светлость, – сказал он с неловкостью, – вас просят незамедлительно прибыть к кардиналу.
– Черт! – вырвалось у меня, тут же сказал поспешно: – Прости Господи, за упоминание Врага твоего, но эти трое будто на него и работают… Хорошо, сэр Эйц, я иду.
Он промямлил:
– Может быть, откажетесь? Все-таки майордом…
Я покачал головой:
– Увы, я еще и паладин. И не знаю, кто старше.
Я вбежал, слегка запыхавшись, уже с середины комнаты отвесил учтивый поклон, но рыцарский, полный достоинства, что Церковь часто приравнивает к гордыне.
– Прошу меня простить, государственные дела… Я готов прояснить любые непонятки, ваше высокопреосвященство!
Кардинал поднял голову от бумаг на столе, глаза его изучающе пробежали взглядом по мне с головы до ног и обратно.
– Любые?
– Любые способен объяснить только Господь, – ответил я смиренно, – так как он создал и понятное и непонятное. Одно для жизни, другое – для желания жить.
Прелаты переглянулись, кардинал покачал головой, во взгляде я прочел удивление.
– Странно, – проговорил он задумчиво, – у вас неплохие знания Библии… Откуда?
– Откуда и у всех, – настороженно ответил я. – А что, есть иные возможности узнать, кроме как почитать? И обсудить с друзьями?
Удивление в его глазах стало сильнее:
– С друзьями? Мне всегда казалось, что молодым людям вашего возраста свойственны несколько иные интересы…
– Свойственны, – согласился я. – Но в моем королевстве женщины очень доступны. Доступнее уже не бывает. Прилагать усилий не приходится, так что остается время и на Библию. А положение в обществе таково, что и молодые стараются найти что‑то в Библии. Больше, правда, чтобы опровергнуть, но, как ни странно, знают ее сейчас больше, чем знали их родители…
Взгляд его стал острым:
– Это и беспокоит.
– Что, ваше преосвященство?
– Что Библию больше читают безбожники, чем истинно верующие.
Я спросил осторожно:
– А зачем она истинно верующим?
– Сэр Ричард, не забывайтесь…
– Одни читают Библию, – торопливо сказал я, – чтобы укрепиться в вере, другие – ищут ответы на мучающие их вопросы! Есть и такие, что выискивают неточности или противоречия. Даже атеисты читают Библию. А верующие… им достаточно самой веры.
Он нахмурился, прелаты возбужденно заговорили между собой, слов я не разобрал, но голоса звучат злорадно.
