— Да никогда в жизни! — сказал Ройс, скептически мотнув головой, и протянул ему рубашку. — А ты чем собираешься теперь заняться? — спросил он Магнуса.
Гном неопределенно пожал плечами:
— В смысле, если ты меня не убьешь?
— Да не собираюсь я тебя убивать, но твои прежние заказчики, церковники, вполне могут. Особенно теперь, когда ты их предал. Они придут за тобой так же, как за Мовином и Адрианом. Без поддержки церкви ты сам по себе долго не протянешь. В городах Аврина не очень-то жалуют вашего брата.
— Как и везде.
— И я о том же, — вздохнул Ройс. — Я знаю одно местечко на отшибе, где ты сможешь затаиться. Церковники вряд ли туда сунутся. Там как раз нужен хороший каменщик. Такой опытный мастер, как ты, им вполне подойдет.
— Как там относятся к гномам?
— Вряд ли у тебя возникнут проблемы. Тамошним людям обычно все нравятся.
Магнус кивнул:
— Я мог бы вернуться к каменным работам.
— Майрон его с ума сведет, — сказал Адриан, который сразу понял, к чему клонит Ройс. — Он твердо намерен восстановить монастырь и сделать его точь-в-точь таким же, как прежде. Они сменили уже пятерых мастеров.
— Я знаю, — усмехнулся Ройс и забрался на Мышку.
Магнус пошел вперед, чтобы проверить, как обстоят дела у Мовина.
Адриан встряхнул рубашку и просунул руку в рукав.
— Ариста рассказала, что вы оба были вчера ночью в башне с Эсрахаддоном. Она сказала, ему нужна была помощь, но не стала говорить, в чем именно.
— Он использовал башню, чтобы найти наследника Новрона, — ответил Ройс.
— И как, нашел?
— Кажется, нашел. Но ты ведь знаешь Эсру, с ним никогда нельзя быть ни в чем уверенным.
Адриан кивнул и зажмурился от боли, натягивая рубашку на плечи.
— Какие-то трудности? — спросил Ройс, внимательно его разглядывая.
— Сам попробуй одеваться со сломанными ребрами. Это не так просто.
Ройс продолжал испытующе смотреть на него.
— В чем дело? Я так похорошел? — спросил Адриан.
— Просто ты носишь этот серебряный медальон с тех пор, как мы познакомились, но никогда не рассказывал, откуда он у тебя.
— А, этот? — сказал Адриан. — Он у меня всю жизнь. Достался от отца.
Майкл Салливан
Восход империи
Часть 2
Известные территории мира Элан
Эстрендор — северные пустоши.
Эрианская империя — земли эльфов.
Апеладорн — земли людей.
Архипелаг Ба Ран — острова гоблинов.
Западные земли — западные пустоши.
Дакка — остров людей на Юге.
Государства Апеладорна
Аврин — богатые центральные королевства.
Трент — горные северные королевства.
Калис — юго-восточные тропические земли под управлением военачальников.
Делгос — республика на Юге.
Королевства Аврина
Гент — земли, принадлежащие церкви Нифрона.
Меленгар — маленькое, но древнее и уважаемое королевство.
Уоррик — сильнейшее из королевств Аврина.
Данмор — самое молодое и наименее искушенное в политике королевство.
Альбурн — лесное королевство.
Ренидд — бедное королевство.
Маранон — поставщик продовольствия, когда-то входил в состав Делгоса, но отделился, когда Делгос стал республикой.
Галеаннон — территория безвластия, бесплодная холмистая земля, арена великих битв.
Пантеон богов
Эребус — отец богов.
Феррол — старший сын, бог эльфов.
Дроум — средний сын, бог гномов.
Марибор — младший сын, бог людей.
Мюриэль — единственная дочь, богиня природы.
Уберлин — сын Мюриэль и Эребуса, бог тьмы.
Политические партии
Имперцы — стремятся объединить человечество под управлением единого владыки, прямого потомка полубога Новрона.
Патриоты — желают, чтобы ими правил повелитель, избранный народом.
Роялисты — предпочитают, чтобы независимые монархи продолжали управлять своими государствами.
Книга третья
Возвышение Нифрона
Глава 1
ИМПЕРАТРИЦА
И угораздило же ее посмотреть в глаза Эдит Мон… Амилия никогда бы не осмелилась оторвать взгляд от пола, но Эдит напугала ее, и девушка невольно подняла глаза. Старшая горничная, надзиравшая за работой всей дворцовой прислуги, уж конечно, сочтет это признаком непослушания, недопустимой дерзостью. Никогда раньше с Амилией такого не случалось, и теперь, глядя Эдит в глаза, она гадала, есть ли у этой женщины душа. Если и была когда-то, то уж, наверное, давно вся высохла или сгнила, как забытое яблоко поздней осенью. Не зря от Эдит исходил противный кисловатый запах, словно внутри у нее что-то испортилось.
