— Это он о чем? — спросил Адриан, кивая в сторону удалившегося Грэди.
— Не знаю, — ответил Уайатт. — На каждом корабле всегда найдется матрос, который просто не может не подстрекать к мятежу. Видимо, на «Изумрудной буре» таким матросом будет Грэди. С тех пор, как он сюда нанялся, все подозревает какой-то заговор. Думаю, потому, что ему хочется поучаствовать в бунте. Никак не желает признавать авторитетов. — Уайатт принялся собирать разбросанные на столе карты в колоду. — Ну, а у вас что за дела?
— Ты о чем? — спросил Адриан.
— Что вас с Ройсом сюда привело? Думаю, коль скоро я рисковал собственной шкурой, устраивая вас на корабль, то имею право знать, что вам тут нужно.
— А я решил, что ты таким способом возвращаешь нам долг.
— Верно, но мне все равно интересно, зачем вы сюда явились.
— Ищем более безопасную работу. Вот, решили попробовать мореходство, — сказал Адриан. По лицу Уайатта было ясно, что он не купится на такое объяснение. — Ну, в общем, выполняем очередной заказ, ничего больше я рассказать не могу.
— Это как-то связано с тайным грузом?
Замявшись, Адриан неопределенно ответил:
— Возможно. А что собой представляет тайный груз?
— Оружие. Стальные мечи, тяжелые щиты, арбалеты, сделанные в империи, доспехи — достаточно, чтобы снарядить неплохую армию. Все это поступило на борт в последнюю минуту. Забросили посреди ночи незадолго до отплытия.
— Интересно, — задумался Адриан. — Есть соображения, куда мы направляемся?
— Нет, но это как раз обычное дело. Такого рода сведения капитаны предпочитают держать при себе. Капитан Сьюард не поделился даже со мной, а я — старшина-рулевой!
— Старшина-рулевой? Я думал, ты штурман.
— Полагаю, ты служил в армии, так?
— Даже в нескольких, но на суше должности и звания совсем другие.
— Ну а на море рулевой — тот человек, которому положено знать хотя бы примерный курс корабля, а между тем капитан даже мне не сказал ни слова. — Уайатт задумчиво перетасовал карты. — Стало быть, ты не знаешь, куда идет корабль, и ничего не знал про груз. Почему же тот, кто вас нанял, не счел нужным поподробнее обрисовать положение вещей?
— Ну а ты? — ответил Адриан вопросом на вопрос. — Что ты здесь делаешь?
— Я мог бы сказать, что зарабатываю на жизнь, и был бы недалек от истины, но, помимо этого, как и вы, я ищу ответы на кое-какие вопросы.
— Какие?
— Где моя дочь. — Уайатт на мгновение замолчал, глядя на свечу. — Элли забрали неделю назад. Я как раз отправился искать работу, и пока меня не было, ее схватили имперцы.
— Схватили? За что?
Уайатт понизил голос.
— Элли наполовину эльфийка, а Новая империя их не больно жалует. Согласно новым законам, аресту может подвергнуться человек даже с каплей эльфийской крови. Их хватают и сажают на корабли, но никто не может сказать, куда их везут. Вот поэтому я здесь.
— Но с чего ты взял, что это судно направляется в то самое место?
— Как я понимаю, в трюме ты еще не был? — Он помолчал секунду, затем добавил: — Это в самом низу корабля, ниже ватерлинии. Обычно там перевозят груз и всякую живность: коз, коров, цыплят. Провинившихся матросов в наказание посылают откачивать воду из трюма. Препротивное дело, должен сказать, ковыряться в навозе, разжиженном морской водой. Так вот, сейчас в трюме везут более сотни эльфов. Они сидят закованные в цепи в помещении вдвое меньше этого.
Адриан скривился, представив себе эту картину.
— Однажды вы с Ройсом отпустили меня из-за дочери. Почему?
— Так решил Ройс, вот у него и спрашивай. Только я бы пока к нему не лез. Ему еще хуже, чем мне. Никогда не видел, чтобы ему было так плохо, а на море он стал еще и раздражительным. Ну, более раздражительным, чем обычно.
Уайатт кивнул.
— Моя дочка тоже не переносит воду. Бедняжка, чувствует себя как кошка на дрейфующей доске. Наверное, никогда не сможет привыкнуть к качке. — Он замолчал на мгновение, не сводя глаз со свечи.
— Я уверен, ты ее найдешь. Не переживай. — Адриан посмотрел на матросов вокруг и добавил шепотом: — Пока мы выполняем важный заказ, не можем позволить себе отвлекаться на другие дела, но при первой же возможности постараемся тебе помочь, сделаем все, что в наших силах. Что-то мне подсказывает, что Ройса уговаривать не придется.
Адриан почувствовал очередной приступ тошноты, что, видимо, отразилось у него на лице.
— Ничего, все обойдется. Морская болезнь обычно продолжается три дня, — заверил его Уайатт, убирая карты в нагрудный карман. — Потом полегчает, оба придете в себя.
— Если мы здесь на столько задержимся. Честно говоря, я плохо себе представляю обязанности корабельного кока.
Уайатт улыбнулся.
— Не волнуйся. Я все продумал. Основную работу будет выполнять По. Знаю, на вид он молод, но он тебя еще удивит.
— Как я вообще получил помощника?
