К. Жуков: Сначала получилось, что среди военных оказалась масса христиан. При этом их постоянно мочили всякими способами. И даже профессиональные военные в офицерских чинах, которые могли бы создать массу неприятностей, когда дело доходило до борьбы с внешним врагом, на вопрос: «Ты веру меняешь или мы тебя убьем?» – вдруг переставали сопротивляться, потому что вера запрещает, и говорили: «Давайте, мочите». «Мы тебя страшно убьем». А в ответ: «Мочите страшно». Явление было довольно массовое. И вот император Константин в IV веке н. э. вдруг сообразил, что если этим людям, готовым за веру умирать самыми неприятными способами, сказать: «Верить вам разрешаю, боритесь за веру!», то они смогут на поле боя это сделать. И когда им разрешили за веру не умирать, а мочить нехристей, оказалось, что они о-го-го какие! Ну и в итоге в начале IV века появился Медиоланский (Миланский) эдикт. Это первый эдикт, который разрешил свободно исповедовать христианскую религию. Постепенно христианство превратилось в государственную религию. Вот так империя приняла христианство.
К. Жуков: «Король» – это русское слово, у нас оно происходит от имени Карл. Карл Великий.
Д. Пучков: Говорят, через чехов к нам…
К. Жуков: Ну да, через славян. Через братушек с той стороны.
Д. Пучков: Они произносят – кАроль.
К. Жуков: Да.
Д. Пучков: А у нас он превратился в…
К. Жуков: КорОль.
Д. Пучков: Все короли на самом деле кинги, рексы, конунги…
К. Жуков: Рексы, кинги, кениги…
Д. Пучков: …и прочее.
К. Жуков: У итальянцев – ре, у французов – руа. Вот. У немцев кенихь!
К. Жуков: Да, вино далеко не все было фалернское. По нашим понятиям – страшная кислятина. Туда старались добавить меда, сыпануть изюма, чернослива, все взболтать. Водой разбавляли. То вино водой, то воду вином. Вода была иногда тухлая, а в вине все-таки спирт присутствует…
Д. Пучков: Иногда морская.
К. Жуков: Да. Так что, в общем, информация правильная.
Д. Пучков: Ну, думаю, они его столько выпивали, что не залеживалось.
К. Жуков: Учитывая, что тогда вино пили – как мы воду… Понятно, что если вино простоит долго, оно превратится в уксус.
К. Жуков: Антоний их тупо хотел отжать. Вот и все.
Д. Пучков: И у него была такая возможность.
К. Жуков: Потому что наследство гигантское! Я не знаю, с чем его сравнить и есть ли у кого-то сейчас такое состояние, какое было у Цезаря. Земля, недвижимость, сундуки с серебром и золотом, ювелирные изделия… А большую часть этого контролировал Антоний. Он, конечно, несколько раз обещал отдать… Кстати, часть этих денег Октавиан контролировал изначально, потому что далеко не все находилось в Италии или там, куда Антоний мог дотянуться. Так что часть средств Октавиан мог использовать. Но далеко не все.
Д. Пучков: Деньги контролирует Антоний: хочу отдам – хочу не отдам. А Октавиан ввиду изначального отсутствия воинской силы вежливо говорит: «Давайте решим по закону как-нибудь. Это все-таки мое. Вот завещание, вот я, вот Поска». Антоний обещает подумать. Ну и в результате – гражданская война.
К. Жуков: Слишком долго думал.
Д. Пучков: Да.
К. Жуков: Ну, это же святотатство. Человек специально идет на святотатство, чтобы все подумали, что он конченый отморозок, и испугались.
Д. Пучков: Что на его стороне Аид, более сильный бог.
К. Жуков: Дис.
Д. Пучков: Да.
