VIII. А каким способом вам вести борьбу и как воспользоваться обстоятельствами — поскольку вы считаете нужным, чтобы я высказал свое мнение, что свидетельствует о признании моего опыта или доброй воли, или даже обоих качеств вместе, — я изложу это без утайки. Итак, во-первых, я советую вам обсудить, как обеспечить себе благочестивый и справедливый повод для войны. А какой предлог для войны был бы благочестивым, справедливым и в то же время выгодным вам, — об этом послушайте меня. 2. Земля, первоначально имевшаяся у римлян, — незначительна и скудна, а приобретенная, которой они владеют, отняв у соседей, — велика и изобильна: и если каждый из пострадавших потребует возвратить свою собственную землю, то не окажется ни одного города столь ничтожного, слабого и бедного, как город римлян. А начать это, полагаю, следует вам. 3. Итак, отправьте к римлянам послов с требованием вернуть ваши города, которые они удерживают, а также с предложением оставить укрепления, которые они возвели на вашей земле, и с настоятельной просьбой отдать то, чем еще из вашего имущества они владеют, силой присвоив себе. Но ни в коем случае не начинайте войну прежде, чем получите от них ответ. Если же так поступите, то вам предоставится одно из двух, чего хотите: или вы возвратите себе свое собственное имущество без опасностей и расходов, или найдете прекрасный и справедливый повод для войны. Ведь, пожалуй, все будут согласны в том, что не желать чужого, но требовать возврата своего, и воевать, не получая этого, является делом достойным. 4. Ну же, как вы думаете, что сделают римляне, если вы изберете такую тактику? Отдадут ли вам земли? И что тогда помешает им потерять все чужое? Ведь придут и эквы, и альбанцы[878], и тиррены, и многие другие — каждый требовать возврата своей территории. Или же римляне удержат эти земли и не выполнят ни одного из ваших справедливых требований? Я предполагаю именно это. Следовательно, заявляя, что они первыми нанесли ущерб, вы прибегнете к оружию по необходимости и получите в союзники тех, кто, будучи лишен собственных владений, перестал уже надеяться, что сможет вернуть их иначе, нежели войной. 5. А настоящий момент, как никакой другой, наиболее благоприятен для нападения на римлян. Это, — на что, пожалуй, и не надеялись, — подготовила для обиженных сама судьба, ведь сейчас римляне охвачены внутренними смутами и с подозрением относятся друг к другу, к тому же имеют неопытных в военном деле руководителей. Итак, вот то, что следовало предлагать в речах и советовать друзьям, высказанное мною со всей доброжелательностью и доверием; а что будет необходимо в каждом случае предусмотреть и устроить во время самих дел, поручите обдумывать предводителям войска. 6. Ведь и я буду усерден на том месте, куда вы меня назначите, и постараюсь оказаться не хуже любого воина, центуриона или командующего. Берите же и используйте меня там, где бы я мог в чем-либо оказаться вам полезным, и поверьте, что если я сумел причинить много вреда, воюя против вас, то смогу также принести большую пользу, сражаясь вместе с вами».
IX. Таковы были слова Марция. Вольски же, еще когда он говорил, явно были в восторге от его речи, а после того, как закончил, громким криком все признали его совет наилучшим. И более никому не предоставив слова, они утверждают предложение Марция. Когда же решение было записано, тотчас выбрали послами самых выдающихся людей из каждого города и отправили их в Рим. А в отношении Марция принимают постановление, разрешающее ему добиваться членства в сенате в каждом городе и должностей везде, а также получать все остальные почести из числа наиболее ценимых у них. 2. И не дожидаясь ответа римлян, все усердно принялись за дело, занявшись военными приготовлениями: те из них, кто был до сих пор в отчаянии из-за неудач в предыдущих сражениях, все они тогда приобрели уверенность, что смогут сокрушить римскую мощь. 3. Послы же, отправленные ими в Рим, представ перед сенатом, сообщили, что вольскам очень хочется прекратить жалобы на римлян и впредь быть друзьями и союзниками без хитрости и обмана. Но, заявили они, прочный залог дружбы у них будет, если вольски получат обратно свою землю и города, которые были отняты римлянами, а иначе не получится ни надежного мира, ни крепкой дружбы между ними — ведь обижаемый всегда по природе враждебен обидчику. И просили не ставить их, не добившихся справедливости, перед необходимостью войны.
