— Ученица Блау…, — рокот Наставника по боевке был более спокойным, голос звучал размеренно, а интонации такие, что можно успокаивать взбесившихся райхарцев. — Достаточно всего капли…
Я шмыгнула носом и чихнула — песок был везде и даже скрипел на зубах, перехватила нож поудобнее и начала … срезать нашивки с рукава. Потом, отряхнув лишние нитки, так же неторопливо отпорола нашивки с груди, аккуратно, чтобы не зацепить герб Школы. Комплект школьной формы Бартушу всё равно придется сменить.
Сунула трофеи в карман и поднялась в абсолютном молчании. Ахнули позже, когда я переплела пальцы, готовя контур.
— Ученица Блау…, — рокот Наставника прогрохотал предупреждающе.
Мы не добиваем лежачих, знаю, но… эти правила действуют в цивилизованном обществе.
Я тряхнула головой и решительно закончила плетения.
— Леди Блау… — тоненько простонал «мямля в зеленом», который стоял почти у самой границы круга, — ради Асклепия, леди …
Но плетения уже сорвались с пальцев и впитались в грудь Бартуша, истаяв темным облаком.
— Леди Блау!!!
Я снова переплела пальцы, выстроила чары, но… запитать не смогла. Сила чихнула несколько раз, и погасла. Но не засмеялся никто.
Я попыталась ещё раз — Бартуш тоже должен получить свою порцию «очищающих», как и Му, но сила не слушалась — я просто вычерпала ресурс до дна. Темные облачка с короткими чихами вспыхивали и гасли. Вспыхивали и гасли.
Псаки! Всего одно плетение!
— Опускайте защиту, — безжизненный голос мистрис Айрель раздался совсем рядом. — Ученица Блау, опустите защиту круга!
Я молчала, отсчитывая про себя — два мгновения, ровно два мгновения, глядя в непонимающие глаза Бартуша — чары он словил, но ничего не происходило.
— Леди Блау! — уже требовательно.
Я продолжала ждать, пока наконец плетения не сработали. Одежда мальчишки начала расползаться по швам, стекая вниз, и осыпаться. Сначала истаяли рукава и сапоги, потом верхний кафтан и штаны, последней таяла нижняя сорочка и белье… пока Бартуш не оказался совершенно голым, лежащим на песке в круге, почти в самом центре полигона.
— ЛЕДИ БЛАУ!!! Закончите бой! — это уже взвыл Старший Наставник, дергая на себе бороду, застонал Кантор, отвернувшись, взвизгнули от восторга все девчонки на первых рядах трибун, а потом… грянул хохот.
Я разочаровано поцокала языком — размеры Бартуша были вопиюще скромными, чего никак нельзя подумать, глядя на его развитую фигуру.
— Ученица Блау! Заканчивайте фарс и покиньте круг!
— Леди Блау!
— Вайю!
Трибуны свистели, орали и плакали, девчонки одобрительно визжали в неистовстве… я считала про себя ещё два мгновения, чтобы закрепить эффект, и все могли насладиться зрелищем.
— Леди Блау!
Кулак вверх я вскинула по легионерскому обычаю — требуя молчания, и трибуны стихли, почти сразу.
Прошла вперед и подняла голову вверх, чтобы видеть всех. Не знаю, каких речей они ждали, что-то умное или пафосное… но красноречие не было моей сильной стороной, я редко выигрывала диспуты.
— Подстилка, — мой голос усиленный чарами разносится над полигоном, — должна быть, — я крутнула нож в пальцах и наклонилась вниз, — … голой.
Капля крови из порезанного пальца впиталась в песок и защита начала таять, сияя прорехами в серебре.
Из круга я уходила старательно печатая шаг, чтобы не рухнуть, пошатываясь от слабости, оставляя за спиной обездвиженного Бартуша — с точками Пи-Шу целители разберутся сами, воющие трибуны и Наставников, сразу с несколькими плащами в руках. Нашивки в кармане приятно грели — сегодня я не вернусь домой к змею с пустыми руками.
— Бой за тобой. Уходим, быстро, — Кантор крутнул меня вокруг, схватив за руку. — Разберись, — бросил он Марше, которая уверенно кивнула головой. Фейу молчала — ее взгляд, брошенный на меня, отражал смесь ужаса, восхищения и… жалости.
Каро пристроился сбоку, подхватив под вторую руку, и они потянули меня к выходу с полигона, почти понесли.
— Третий бой — победа леди Блау! — несчастный голос Старшего Наставника гремел над трибунами. Думаю, он пожалел уже много раз, что согласился на проведение дуэлей в Школе.
— Это возмутительно….
— Я требую…
Крики сзади стихли резко — Кантор, обернувшись назад, крутнул кольцо на пальце, активировав купол тишины. Я почти повисла в руках, и они начали идти ещё быстрее.
На сидении кареты, почему-то Тировской, меня устроили с удобствами, подложив сзади подушку — Тир неодобрительно покосился на больной бок.
— Трогай! — скомандовал он вознице. — Дура! — это уже мне, припечатал Тир. — А если бы всплеска не было?
Я аккуратно пожала плечами, присосавшись к бутылочке — Каро подсунул восстанавливающее. Тепло побежало по телу иголочками, отдаваясь пульсом в кончиках пальцев — хорошо, как же хорошо, Великий!
— Дура, — Кантор тоскливо взлохматил себе челку, а Каро согласно кивнул.
— Зато вряд ли кто-то до конца года решится вызвать меня, — я вернула пустой фиал менталисту и с облегчением расслабилась на сидении. — Фейу решит…?
Тир кивнул в ответ.
— Номинально, правила вы не нарушили, — обреченно прошелестел Каро.
— Ты перешла черту, — выдохнул Кантор, сдув со лба прядь.
