А еще Харальд сдержал слово, некогда данное Раде – и разрешил христианским проповедникам навещать Хедебю и южную Ютландию. Пообещав суровое наказание любому, кто посмеет на них напасть! Кроме того, он запретил человеческие жертвоприношения старым богам – и это вызвало неожиданный ропот даже среди тех ярлов, кто стойко поддерживал своего конунга во всех его походах, лишениях и невзгодах… О чем стало известно и Хорику, внимательно отслеживающему события на юге Ютландии.
После смерти младшего брата он стал единовластным конунгом севера…
Впрочем, волновало ли, тяготило ли это Рюрика? Отнюдь… Ранние годы своей сознательной жизни он провел в землях ободритов – в Микилинборе, а затем и на Руяне. Бывал княжич и в Арконе, в древнем святилище Святовита – где восхитился огромными защитными валами и доблестью, да богатым воинским убранством местной стражи. Также он с интересом слушал местных жрецов, внимательно внимая их рассказам о старине – и былинам о древних героях славянского рода…
Однако он также очень хорошо запомнил мистический ужас, охвативший все его естество при виде огромного, четырехглавого идола из потрескавшейся от времени, замшелой древесины… И бурую, въевшуюся в кривые, грубо резанные уста идола кровь человеческих жертв.
Этот истукан был словно живой – или же
Возможно, все дело в том, что Рюрик побывал в святилище совсем еще юным мальчишкой, всего семи лет от роду – а вовсе не матерым воином, пролившим первую кровь врага! Ну, таким как Збыслав… А может, все дело в непоколебимом авторитете Харальда, яростно сопротивляющегося человеческим жертвоприношениям – и неуклонно склоняющегося в пользу распятого Бога? Правда, жрецов последнего мальчик как раз и не мог подолгу слушать – а их рассказы казались ему такими оторванными от жизни… То ли дело былины о славных героях славянского прошлого, с помощью родных богов повергающих любых ворогов – хоть ромеев, хоть обров, хоть саксов или готов!
Правда, встреча с одним из родных «богов» (точнее самым верховным!) оставила в памяти Рюрика неизгладимое и очень тягостное впечатление. Так что распятого Бога он почитал хотя бы потому, что последнего почитал и Харальд. А что касается нежелание Рюрика слушать проповеди христианских жрецов… Так «дядя» вполне справедливо заметил, что это как раз не былины – и чтобы понять их, нужно сперва дорасти.
Дорасти не только годами – но и душой, и разумом!
И стоит добавить, что сам Харальд наконец-то решился отправиться в землю франков, чтобы принять крещение – причем собрался он в этот «поход» вместе со всей семьей, включая Рюрика! Не говоря уже о жене и малолетнем сыне…
Драккары данов вот уже какой день скользят по водной глади такой спокойной (по сравнению с морем!), полноводной реки. Рейн… Он тянется едва ли не через всю Франкскую империю с юга на север – беря свое начало в далеких горах на границе с бывшим королевством лангобардов, и впадая в Северное море.
Разве найдешь лучшую дорогу вглубь франских земель? Разве есть более совершенный путь для вторжения данов?!
Харальд с усмешкой прогнал от себя эти мысли. Сколько дней они следуют по имперским землям? Кажется, сегодня уже восьмой? А ведь Майнц, только что показавшийся по правую руку, находится лишь на полпути от морского побережья до гор на юге империи… Уму непостижимо.
Нет, если бы Гудфред понимал истинные размеры империи Карла, он точно не посмел бы напасть на Фризию…
От внимательного взгляда конунга не укрылось, что владения Людовика заселены погуще Ютландии – а встреченные им франские земледельцы кажутся зажиточнее его собственных бондов. И это не говоря уже о городах! Вон, как впечатлился Рюрик, когда их драккары проходили мимо Кёльна – челюсть племянника отвисла так, что воробей свободно залетел бы, не говоря уже о какой мухе… Молодой ярл думал, что нет на свете городов крупнее и богаче Хедебю – окруженного земляным валом да деревянной стеной.
Но, по совести сказать, ведь и сам Харальд оказался под глубоким впечатлением от огромного каменного моста через Рейн, под пролетами которого драккары данов прошли свободно – не опуская мачт!
Вот оно, великое наследие римской эпохи… Впрочем, в Кёльне уцелел не только римский мост, но и часть городских стен – не уступающих высотой огромным валам Арконы, некогда столь впечатлившей Рюрика. К сожалению, случившееся лет так сорок назад землетрясение основательно разрушило римские здания внутри старой крепости – включая и древний преторий римского наместника, некогда служивший дворцом самому Хлодвигу!