— Так вы что, не видели того боя? — захлопал глазами боярин. — А между тем, запись прошла по всем каналам. Это сейчас самая обсуждаемая новость. Вы что… Люди так восхищаются царевичем, что…
— Кем? — поднял бровь Владимир Васильевич. — Я не ослышался?
— Да что я объясняю, вам лучше самому всё увидеть! — боярин перегнулся через стол и ткнул царю телефон.
На экране шел эпический бой жарокрылов с василисками, приправляемый энергичными выкриками оператора. Потом бой сместился на землю, где против Ивана Васильевича с компанией вышло непонятное существо, обладающее магией песка.
И там, и там Иван Васильевич справился с отменным хладнокровием и умением. А потом походкой победителя ушел в открытый им же Омут.
Во как! Младший братишка умеет открывать Омуты?
Это полезное умение для перемещения по стране — не нужно тратиться на время поездки. Да и проникать можно куда угодно…
— Вот, видели, Ваше Царское Величество? — спросил чуть подрагивающим голосом боярин Шуйский.
— Да, видел. Молодец Ванька. Молодец, — задумчиво проговорил царь.
— И что же мне делать? Ведь всё же было спланировано, как по нотам, а оно вон как повернулось, — рожа боярина покраснела ещё больше.
Неожиданно Владимиру Васильевичу захотелось влепить в эту рожу хорошую плюху. Вот чтобы зубы клацнули, а потом весело запрыгали по поверхности столешницы. Чтобы этот зажравшийся аристократ и думать не смел нависать над царём и что-то от него требовать!
Чтобы знал своё место, пёс смердящий!
Но нельзя… Пока нельзя. Пока что в руках боярства и дворянства гораздо больше власти, чем у царя. А бунт внутри страны пойдёт на руку только врагам государства. И враги будут весьма рады, если царь-государь начнёт щемить всех своих недругов направо и налево.
Да и нужен сейчас этот красномордый аристократ царю. Нужен, как один из столпов его собственной власти. Если царь не будет опираться вот на таких вот аристократов, то живо его место подсуропят кому-нибудь другому.
— Что у вас было спланировано, как по нотам? — спросил царь.
— Дык что… должны были мы показать, что наши вертолеты смогут сразиться с жарокрылами и что могут победить! Чтобы жарокрылы потеряли одного-двух, а потом обратились в бегство. И чтобы люди не задавали вопросов касательно нетронутости наших заводов и фабрик. Я же специально поднял свою эскадрилью в воздух, а оно вон как вышло.
— А что касательно моего брата…
Боярин споткнулся. Царь поджал губы. Он терпеливо ждал ответа, ведь это с его разрешения боярин получил дозволение на ликвидацию обидчика своего сына. Однако, получилось всё с точностью до наоборот.
— Мои болтуны из Белоозера нашли одну бабку, у которой сподручный вашего брата всегда покупал самогон. Они как раз в баню собирались и по всем канонам должны были хряпнуть. Да так хряпнуть, что вырубились бы напрочь и ничего бы не помнили до завтрашнего утра. А ночью должны были заявиться мои люди, которые не дали бы им до этого утра дожить.
— И ваши люди не пришли, я правильно понимаю? — спросил царь.
— Не пришли. Каким-то образом царевич смог нейтрализовать действие того средства. Да и для пущего воздействия им всем нужен был покой и расслабление, а вовсе не сигать по жарокрылам и не бегать за… За чудовищем Бездны, — последнюю фразу боярин произнёс с оглядкой. — Мой человек в стане Ивана Васильевича сказал, что они потом снова помылись и выглядели огурчиками, пусть и малосольными. Устали, да. Однако, вовсе не от зелья, а от боя. Зелье вышло из них через пот и… ну и посикали тоже…
— Посикали, — мрачно сказал царь. — Прокакали твои люди возможность поквитаться с царевичем. Что-то у вас, Петр Иванович, вообще ничего не получается. Ни себя обелить, ни Ивана очернить. Может, не тому человеку я доверился? Может, другого боярина приблизить к себе и объяснить политику царя?
Краска моментально схлынула с красных щек боярина. Теперь его рожа напоминала брюхо белуги. Царь про себя усмехнулся. Как же все эти аристократы боятся потерять своё теплое местечко…
— Тому, Ваше Царское Величество, тому! — воскликнул Шуйский, шустро падая на колени. — Не вели казнить — вели миловать! Я же от чистого сердца! Мне же за дитятку обидно стало! Я же завсегда впереди всех и за царскую корону готов…
— Встаньте, Пётр Иванович, — отмахнулся царь от пустого славословия. — Не надо вот этого всего. Знаю я прекрасно цену боярского слова. И знаю цену вашей верности. Как только почуете выгоду с иной стороны, так в воздухе переобуетесь! Вон, как рязанский князь Иван Иванович! Ну да ничего, на всех тюрем хватит. С каждого спрос будет особый…
— Ни за что, Ваше Царское Величество! — завыл боярин Шуйский. — Род Шуйских издревле поддерживает Рюриковичей и завсегда возле царского трона стоит! Вот хоть кого угодно спросите — мы всегда к вам особый пиетет испытываем! И словом, и делом всегда за царя!
